Поверить в чудо [трилогия]

Его любимый слоган стал девизом любимого детища - фирмы, оказывавшей юридические услуги компаниям и жителям столицы, так что, даже пребывая в больнице, Дмитрий не обделял свою клиентуру вниманием. Его упрямство заставило Тараса (испросив разрешение у Ольги) рассказать другу страшную теорию девушки о случившейся аварии.

       Дима хохотал, ругался и не верил, язвительно доказывая Тарасу, что медсестра просто пошутила над ним, но друг, ткнув ему в руки ноутбук, просто посоветовал:

       - Можешь не верить, спорить я больше не буду, но когда уйду, вспомни по датам, что плохого случилось с тобой за последний год и сопоставь с делами, которые ты вёл.

Завтра поговорим.

       Перед сном, уже заканчивая просматривать очередные изменения в юридической жизни столицы, Сокора ради смеха, решил проверить теорию красавицы-Ольги, которая, кстати, совершенно не покупалась на его комплименты, уклоняясь от любых личных вопросов, и вывел на экран свой ежедневник. Привычный вести записи встреч, а также многословно комментируя их результаты (ведь не известно, какая мысль, впоследствии, окажется важной), Дмитрий знал, что легко сможет сопоставить свою личную жизнь и те дела, которые в это время вёл.

И для точного отсчёта решил начать с памятной даты - Нового года. Он в то время как раз страшно простудился, лежал в горячке и даже бредил. "Так, интересно, а что я должен был делать на работе?" Дневник продемонстрировал, что накануне он выиграл в суде скользкое дело о наследстве. "Грязная была история, и я знал, что с завещанием нечисто ...злился, пил и сам не понял, когда заработал пневмонию ...Получается, по теории Ольги, меня наказали за неправое дело? Глупости!"

       Вздохнув, мужчина продолжил листать страницы дневника и зацепился за дату - 15 мая.

В тот день он чуть не погиб. В одиозном Печерском суде, славившимся "справедливыми" решениями, один обвиняемый, доведенный до бешенства лживостью дела и всего суда, смог разоружить охранника и начал беспорядочную стрельбу. Мужика вскоре скрутили, а Сокора сидя на полу у стены, выковырял из складок пиджака пулю, срикошетившую в него на излёте.

       "Чем я тогда занимался? ...Ага, громкое было дело. Донецкие ребята совершили рейдерский захват торгового дома и были очень довольны моей работой .

..А Тарас дома набил мне морду. Да я и сам бы себе набил (спасибо, друг постарался). Но тогда фирме очень нужны были деньги, да и вообще ситуация складывалась не очень хорошо. Впоследствии я, конечно, выкрутился, но... Чёрт!"

       И тут Сокора понял, что вызвало его теперешнюю аварию. Ему предстояло вновь работать на донецких и отказаться он не мог, зная нравы этих ребят. Как раз накануне он должен был в суде представлять их интересы в тяжбе за ещё один торговый центр.