Поверить в чудо [трилогия]

Заведующий отделением Олийнык утверждает, что Борис не готов к такому вмешательству, потому что еще плохо себя контролирует. Поэтому парню придется неделю пить успокоительное и привыкать к мысли, что кто-то будет копаться в его мозгу. Да бедняга и не возражает, наоборот требует, чтобы это сделали немедленно.

       - Васильевич...

       Но отчим перебил Ольгу, садясь возле ее постели на стул:

       - Знаешь, там, на кладбище, ты так хорошо называла меня папой.

       - Да я с удовольствием! Папочка, - улыбнулась Ольга, - ты понимаешь, что во время гипноза господин Олийнык, посторонний нам человек, может узнать такие секреты, что мы потом долго не отобьемся от его "зачем" и "почему"?

       - Я уже думал над этим, Оля. И пока не знаю, как решить этот парадокс. Твоя мать не верит, что результат гипноза будет положительным, но говорит, попробовать стоит, ибо даже кроха знаний о твоих "доброжелателях" - это очень важно. Но, в таком случае, мы стопроцентно вешаем себе на шею господина Олийныка с его вопросами. Далее, если мы отказываемся от сеанса гипноза и подстрахуемся от ненужного внимания официальной медицины, то уже никогда не сможем узнать, кто заставил несчастного парня превратиться в монстра. Поэтому я и говорю - возник парадокс и конфликт интересов.

       - Да, ситуация сложная, - Ольга вздохнула. - А что говорит бабушка? Вы к ней не обращались? Все же она ведьма со стажем, может, что и посоветует?

       - Да, твоя мама тоже упоминала об этом. Вот почему мы завтра едем, так сказать, в гости к теще, где сразу расскажем ей о Борисе, ведь она может знать подобные случаи.

       - Да, - согласилась Ольга. - Я считаю, нам нужно испытать сначала все наши, традиционно-ведьмовские, методы лечения. И лишь потом решать, что делать дальше.

       - Согласен, - Васильевич похлопал девушку по плечу и встал. - Через час сюда приедет Виктор, поэтому собирайся понемногу, а мне уже пора на обход.

       Ольга заехала домой принять душ и переодеться, но сразу же после ванны попала в объятия Виктора, который так крепко обнимал ее, что девушка засмеялась:

       - Я - не смертельно больная, опомнись и отпусти меня, - запротестовала она, хоть ей и понравились забота и переживания Засухи. - Совсем задушил в объятиях, медведь. А мне ведь еще на работу успеть нужно.

       - Что? - Виктор даже рот разинул.

       - Я и так пропустила два дня, дорогой, а за эти три часа, которые остались до конца рабочего дня, могу успеть на массаж к паре-тройке пациентов.

       - А как же мы, ты и я?

       - Дождись вечера, Виктор. Я обещаю отблагодарить тебя за все твои старания и переживания.