Правила обманутой жены

Народ серьёзный, у каждого по две-три ходки. Всему научили: бабло зарабатывать, проблемы решать, гнидой не быть. Поэтому я своих детей никогда не брошу. Так что лучше сама сходи на тест. А то силой потащу. Усекла? Тогда и решу, как и что.

— Мы решим, — поправила его Адель. — Научись произносить это местоимение.

— Слышь, учительница первая моя, я чего-то не всекаю: ты ж вообще детей не хотела. Замужем была и не завела. Я тебя спросил перед нашим первым разом: мне купить резинового помощника или ты таблетосы глотаешь? Ты сказала, что резиновые не нужны. Ну и я подумал, что ты там, может, со спиралью или типа того.

Или вообще не можешь залететь.

— Я не хотела детей от Платона, — тихо ответила Адель.

Дима помолчал и вдруг тяжело выдохнул:

— А от меня, значит, хотела, раз не предохранялась? Это же совсем другой расклад, пупс! Иди ко мне!

— Димон, отстань, мне плохо.

— Я тащусь, когда ты такая дерзкая. Прикинь? Ненавижу дерзких баб. А от тебя у меня прямо всё колом.

— Хватит! — прикрикнула она. — Просто уйди!

— А если не уйду, то чё? — до меня донеслись звуки борьбы.

Что-то грохнуло, упало на пол, зазвенело, разбиваясь.

И мое сердце тоже окончательно разбилось в этот момент. Я оперлась спиной о дверь гардеробной и сползла вниз, изо всех сил зажимая рот обеими руками.

— Тебе это нравится, я знаю, — зарычал Дима.

Раздался треск ткани. И снова что-то покатилось по полу.

— Хватит! — закричала Адель. — Я не шучу! Остынь, Димон! И вали отсюда! Слышишь? Иначе я за себя не ручаюсь! Вон!

— Ну всё, пупс, всё, — пробурчал Дима. — Не психуй. Понимаю: гормоны у тебя, вся байда. Ладно. Потом поговорим. Я наберу тебя. Трубу держи поближе.

А сейчас покемарь чутка, оно всегда помогает.

Я услышала, как за ним захлопнулась входная дверь. С трудом поднялась на ноги и вышла в спальню.

— Прости меня! Ради бога, прости! Мне очень жаль, что тебе пришлось все это выслушать, — Адель попыталась запахнуть халат.

Он был разорван. Да так, что с него клочья свисали. По всей спальне были разбросаны баночки с кремами. Стоял удушливый запах разлитых духов. С туалетного столика в углу спальни все было сметено на пол. Именно там валялись оторванные лоскуты от халата. Нетрудно было догадаться, что здесь произошло.

Дима попытался усадить ее на туалетный столик, поэтому все смахнул с него. Адель сопротивлялась. Он ей разорвал халат и… боже, я не могу!

У меня закружилась голова. Я схватилась за стену, с трудом волоча ноги побрела в коридор. Адель бросилась за мной.

— Тебе нельзя выходить в таком состоянии. Останься! Полежи, отдохни, — она схватила меня за плечо и развернула к себе.

— Да пошла ты! — с трудом выдохнула я и дёрнула плечом, высвобождая его.

— Понимаю тебя, понимаю, — прошептала она.