Принц б/у

Николай лениво сдвинул очки на кончик носа, обнажив свой фонарь нежно-лилового окраса, и смерил девицу высокомерным взглядом. Педагогический эффект безнадежно смазал интенсивно отсвечивающий синяк. Алиса фыркнула и швырнула на стол фирменный конверт.

– Давай, топай, лемур! Будешь так зыркать, я своего Леху попрошу, он тебе симметричный дизайн оформит. – Она звонко цокнула каблучками и уплыла, повиливая задом.

Коля нехотя выкарабкался из кресла. Надо было приступать к выполнению обязанностей. Настроение было каким-то тягостным, перспективы туманными, а мысли тягучими.

Во всяком случае, ни одну подходящую идею не удавалось схватить за хвост.

Маргарита сама протянула руку помощи. Ей вдруг захотелось ускорить развязку и добраться до Татьяны для исполнения кульминационного номера программы. Вырывать из своей жизни месяцы для всестороннего и продуманного наступления было жаль. Приз того не стоил. Сама месть напоминала по внутреннему настрою организма долгосрочное лечение запущенных зубов с регулярными походами к стоматологу, когда просыпаешься утром и первое, о чем вспоминаешь, – предстоящее свидание с бормашиной, а, выходя из кабинета, тоскливо понимаешь, что это не конец, а лишь небольшая передышка.

Маргоша предпочитала выдрать все зубы сразу, заменив их вставными. В общем, ювелирная пломбировка психологических подходов к Николаю отменялась.

В конце рабочего дня она попросила его задержаться. Девицы злорадно захихикали, решив, что начальница пропесочит больного на всю голову курьера, страдавшего манией величия в активной форме.

– Пока, хроник! – Алиса послала ему воздушный поцелуй, отвратительно шлепнув губами. – Смотри, начальницу не уволь.

Держи себя в руках.

Но Коле было наплевать на эти туповатые подколы. Он разнервничался, пытаясь просчитать, что готовит ему Маргарита. Мечтать о завоевании намного проще и безопаснее, чем завоевывать. На всякий случай он сбегал в душ, находившийся в мужской раздевалке на служебном этаже, и облился туалетной водой, выпрошенной у официанта, сидевшего в проеме соседнего шкафчика и флегматично обнюхивавшего носки.

В благодарность за пару пшиков, опутавших Николая терпким запахом свежесрубленной ели, он с видом знатока посоветовал парню:

– Если воняют, спрысни их одеколончиком.

Тот поднял точеное лицо с широкими дугами бровей и глазами аспиранта-гуманитария.

– Свежая мысль. Спасибо, друг. Могу тоже поделиться опытом: я их обычно стираю. Попробуй. Должно помочь.

Коля обиделся и молча вышел.

Растерянная Маргарита стояла посреди холла.

– Я думала, ты ушел. – В ее голосе звучала искренняя радость и облегчение, в очередной раз неправильно истолкованные Николаем, мыслившим в узких рамках избранного направления.