Пристрелите нас, пожалуйста!

И не он же будет убивать…

«Взяла билет, – в тот же день с энтузиазмом отстучала Ульяна Федоровна. – На шестое. Перед отъездом выведу из строя все видеокамеры. Охрану на въезде в поселок поздравлю с утра, подарю литровую бутылку водки и десять банок пива. К вечеру они будут никакие. Нежно тебя целую…»

Обоим супругам их план казался идеальным. Телятин уже предвкушал, как обрадует Кристину, его жена грезила о сладком мальчике Тристане. Взятый по отдельности, любой из этих планов, вне всякого сомнения, и принес бы результат, близкий к идеальному. Но беда была в том, что Аркадий с Ульяной назначили одну и ту же дату. И шестого января началось черт знает что…

Ульяне Федоровне не спалось. Всю ночь перед отъездом она беспокойно ворочалась с боку на бок. Вроде бы продумала все, детали они с Тристаном обговорили, список вещей, которые надо ему «украсть», она составила, но…

Никогда не получается так, как задумано! Сто раз это уже проверено! Всегда найдется какой-нибудь ненадежный камешек в фундаменте возведенного здания, чтобы оно при слишком уж сильном толчке зашаталось и рухнуло. А вдруг муж обнаружит, что видеокамеры не работают? Или ему позвонят из охранного предприятия, где находится пульт? Коттедж-то на сигнализации! Возьмут и позвонят! Проверить, все ли в порядке. Никогда не звонили, а тут вдруг сподобятся!

Телятина сделала ставку на Рождество. Праздник отмечают все, вне зависимости, дома они или на работе. В охранном предприятии среагируют только на сигнал о взломе. А его не будет. Убийца придет под видом посыльного, хозяин сам откроет ему дверь. Еще вчера она предупредила Аркадия о том, что его ждет сюрприз.

– Какой удобный поезд! – щебетала Ульяна Федоровна, чтобы скрыть волнение. – Около полуночи я буду в Тамбове, мама уже заказала такси…

Будь Аркадий Павлович не так увлечен собственным идеальным планом убийства жены, он, без сомнения, обратил бы внимание на то, что она слегка не в себе. Но его самого трясло, как осиновый лист. Поэтому он лишь рассеянно кивал:

– Да, да. Ты права, дорогая.

И она не обратила внимания на это «дорогая». Да какая она ему дорогая? Она давно уже «жирная обленившаяся свинья»! Но ответила Ульяна Федоровна в тон мужу:

– Дорогой, я совсем забыла! Вечером шестого придет посыльный.

– Какой посыльный? – рассеянно спросил Аркадий.

– Я заказала подарок. Помнишь, ты дал мне двести тысяч?

– Да, помню, – кивнул Аркадий, который, признаться, уже не помнил ни черта. Ведь это была такая мелочь по сравнению с тем, сколько он перевел на счет фирмы Гарика и пообещал Николаю.

– Так вот: посыльный придет к вечеру.

– К вечеру? Почему к вечеру?

– Ну, не к вечеру. Как получится. Ты же знаешь: пробки. Время в пути невозможно предсказать. Ты должен его впустить и взять посылку.

– Хорошо.