Измена. (не) Любимая жена (СИ)

Плакаться он ему не собирался. И на свою сторону перетягивать тоже.

Артур ценил в Марине её исполнительность и деловую хватку. Она действительно очень удачно дополняла команду. Пока не вообразила, что ей всё позволено. Пока не начала открыто вредить его жизни.

— Слушай, ты тут хозяин. Я тебе не указ, — Артур смотрел на него с видом искренне озабоченного человека. — Но ты с плеча не рубил бы…

— Шутишь? — Герман раздражённо покосился на брата. — С какого плеча, если её выходки начались далеко не вчера?

— Да я всё понимаю, но… ну, знаешь, она друг семьи, и её родители…

— Да плевать я хотел, — аргументы младшего брата оказались предсказуемы до зубовного скрежета. — Ты разве сам не понимаешь, что такая позиция никакой критики не выдерживает? Если отец с матерью души в ней не чают, я тоже должен в задницу её целовать?

— Уж она-то не отказалась бы, — пробормотал Артур, и Герман, не выбирая особенно выражений, выругался.

— Блин, Герман, ну не бесись. Ты ж понимаешь, о чём я! — Артур от досады запустил пятерню в свою тёмную шевелюру. — Я вообще считаю, что она потому так и старается, что у тебя под боком работает. Ну, типа, пытается тебя впечатлить. Ей на фирму по большому-то счёту плевать, а деньги ей и папочка может давать.

— Вот пусть и даёт.

— Дело твоё, — вздохнул Артур. — О том, что это лишний повод с родителями любезностями обменяться, я заводить разговоров не буду. Вы и так на ножах.

Герман бросил на брата взгляд исподлобья:

— Кстати, как день рожденья отметили?"

"Артур скривился:

— Сам как думаешь? Мать весь вечер вздыхала и трепала нервы отцу. Она не теряет надежды вас помирить.

— По поводу примирения я ей всё объяснил.

Артур кивнул:

— Я понимаю. И здесь я на твоей стороне. Отец… он странную позицию занял.

— Артур, я не ожидаю от тебя порицаний его мудачества, — Герман устало повёл плечами в надежде расслабить напряжённые мышцы. — Мне просто без разницы, решит он что-то делать с этим или нет. Я знаю, чего точно не сделаю я. Не сдам назад, не пойду на примирение, пока он не извиниться перед Лилей.

Артур прочистил горло прежде, чем спросить:

— Кгм… а как… как у вас-то там… с Лилей?

Конечно. Такого вопроса стоило ожидать. И он ценил, что брату было всё-таки не наплевать на то, что творилось в его жизни за пределами фирмы.

— Сложно, — лучшего ответа он, к сожалению, пока не нашёл.

— Просто… раз уж ты до сих пор так принципиально настроен по отношению к отцу… ну, я к тому, что... я надеюсь, у вас там как-то всё уладится.

Надеяться мало. Действовать нужно, пока для надежды ещё оставалось хоть какое-то место.

И он пытался, но на каждом шагу обнаруживались всё новые тайны и новые, мать его, неожиданные препятствия.