Прогноз гадостей на завтра

Геме пришлось согласиться, и через час Нина умерла, словно выполнив свой последний долг. Наверное, она очень любила Эдика…

– Вранье, – окончательно вышла из себя Варя, – безобразное вранье, вы хоть знаете, как умирала несчастная Ниночка?

– Ну, вроде что-то с легкими…

– Что-то с легкими! Ей сделали несколько операций, кололи химию, облучали, думали, неизвестная форма рака… А лучше ей не делалось, наоборот, чем больше лечили, тем хуже становилось, в конце концов сделали вмешательство на трахее, говорить Нина в последний месяц могла лишь через голосообразующую трубку, ее следовало подносить к шее, жуть! Смотреть невозможно, а уж слышать тем более… Ужасные страдания. За неделю до смерти Нинуша настолько ослабела, что и руки поднять не могла, во вторник она потеряла сознание и пролежала до утра субботы, то есть до кончины. Ну никак она не могла просить Гему об Эдике, это просто невозможно. Алик Радзинский абсолютно прав!

– Алик Радзинский? – удивилась я. – Погодите, погодите… Он тоже учился вместе с нами, виолончелист, довольно известный сейчас… Он-то тут при чем?

– При том! – в ажиотаже выкрикнула Варя. – При том! Алик был влюблен в Нинушу всю жизнь, просто сох по сестре, а когда она скончалась, Алик посвятил все свое свободное время, чтобы доказать, что она заболела не просто так.

– А как? – удивилась я.

– Ее отравили, – лихорадочно бормотала Варя, – мою бедную, несчастную маленькую сестричку насильно лишили жизни…

– Кто? И почему врачи не догадались?

– Алик тоже не сразу сообразил, – выкрикнула Варвара, – но совсем недавно он позвонил мне и в страшном волнении сказал: «Теперь я знаю, что к чему, и обязательно сам покараю убийцу!» Вот так! Вот так! Вот так!

Выплюнув последние фразы, она побледнела и мигом прикусила язык. Но поздно, слово не воробей…

Домой я неслась как на крыльях. Значит, Арбени видела Эдика с Леной… Алик Радзинский, вот кто нужен мне в первую очередь. Странно, почему никто не знал о его страсти к Ниночке? Алик всегда был тихий, медлительный, ходил неторопливо, как-то осторожно. Может, потому, что уже в студенческие годы носил бифокальные очки с толстенными стеклами?

Наша дверь оказалась неоклеенной.

– Иван, – заорала я, – ты где?

– Тута, – ответил мастер, высовываясь из кухни, – борщ варю.

– Тебя наняли дверь делать, а не кашеварить!

– Ну чего злишься? – миролюбиво улыбнулся Ваня. – Материал после раскройки отлежаться должон! Вот я и решил пока хозяйством заняться! Бардак у вас, прости господи, жуть. Столько бабья в доме, а белье неглаженое в потолок уперлось, пыль по всему дому мотается…

В этот момент из спальни Катюши вышел Арчи и взвыл пылесосом:

– Ты убирал квартиру? – изумилась я.

Внезапно Иван покраснел так, что светлые брови стали незаметны на лице.