Прогноз гадостей на завтра

Таких листочков можно нашлепать на компьютере тучи…

– Но вот, смотрите, личная подпись Подольского, вот тут…

– Не смешите меня, – сказала дама и спросила: – Это все? Берите триста долларов, и разойдемся. Вам надо было знать, что меня трудно подловить, но вы старались, а любой труд следует вознаграждать.

– А за что сидел ваш муж?

– Во-первых, это было давным-давно. Во-вторых, за экономические преступления, цех он подпольный организовал по пошиву костюмов… Кстати, многие наши теперешние столпы общества из «цеховиков»…

– Что же вы так прятались с Малевичем?

Жанна подняла свои необычные, удлиненные глаза:

– Дорогая, на бестактные вопросы я не отвечаю.

Понимая, что она не пойдет на контакт, я от отчаяния спросила:

– Если я покажу вам на Петровке дело Бешеного, подлинное, поверите?

Собеседница вздернула брови.

– Зачем мне его читать?

Госпожа Подольская спокойно ответила:

Но я увидела, что у нее на шее мелко-мелко задрожала жилка, и обрадовалась.

– Эдика убили по приказу вашего мужа, и только вы можете мне помочь.

Я сунула ей под нос удостоверение частного детектива.

– И кто вас нанял? – усмехнулась Жанна.

Подольская рассмеялась:

– Дорогая, вы лжете, супруга Эдика покончила с собой.

– Слушайте, – велела я и рассказала все про себя, консерваторию, краткий роман с Малевичем, поход в «Макдоналдс»…

Жанна ни разу не перебила меня, но к концу повествования из ее глаз ушла просто светская приветливость, взор стал мягче… Едва я произнесла последнюю фразу, как она резко встала:

– Вы же хотели показать мне дело Подольского.

Сделав нужный звонок, я отдала трубку Жанне, мы взяли из гардероба одежду… Я хотела было толкнуть входную дверь, но спутница сказала:

– Не сюда, – и быстрым шагом углубилась в коридор, ведущий к туалетам.

Дойдя до дверки с буквой М, она приотворила ее, прошла мимо вонючего писсуара, распахнула окно, подобрала шубку и ловко вылезла наружу, я за ней. Мы оказались на улице с противоположной стороны от входа. Абсолютно невозмутимая Жанна взмахнула рукой, остановилось сразу три машины. Выбрав самые неприметные, грязные «Жигули», Жанна повернулась ко мне:

– Петровка, тридцать восемь, – сказала я водителю.

– Куда? – удивился парень, оглядывая тоненькую фигурку, закутанную в шикарную шубу.

 – Куда вам?

– Петровка, тридцать восемь, – отчетливо повторила Жанна, – это улица такая, в центре Москвы, не волнуйтесь, я покажу, как проехать.

– Знаю, – буркнул шофер.

Юров не подвел, пропуска лежали в окошечке, а сам Генка был на месте.

– Что случилось? – брякнул он, уставившись на Жанну. – Проблема в чем?

– Знакомься, – сказала я, – Жанна, супруга Виктора Климовича Подольского, широко известного в ваших кругах как Бешеный.