Рабыня демонов в академии магии

Особенно тот снимок, где Тася сидела у него на коленях с распущенной шнуровкой на корсаже. Он приставал к ней в Академии всего один раз, но она так нервничала и зажималась, что Мэл решил больше этого не делать, несмотря на то, что риск быть застигнутым здорово заводил.

— И? — все так же сдержанно спросил он.

— Эта гребаная вампирша шантажировала ее, чтобы пить кровь! — взорвался Дэмиан.

Демон вскочил и в бешенстве запустил стаканом в стену. Хрусталь разлетелся льдистым крошевом осколков.

— Вот почему она ходила такая бледная, — прорычал старший ди Небирос. И обвиняюще ткнул в Мэла пальцем. — Это все ты! Нудел, что мы ее затрахали! Говорил, чтобы оставили в покое! Какого хрена я тебя послушал?!

Второй стакан отправился вслед за первым.

— Ты так всю посуду перебьешь, — со смешком сказал Раум. — Иди-ка буянить в другое место.

Дэмиан в ответ зарычал, вскочил на подоконник, вынес телом стекло, на ходу меняя форму. Тяжело захлопали по воздуху кожистые крылья. Черный силуэт на миг заслонил солнце и исчез.

Мэл выдохнул, разделяя в полной мере негодование брата. К злости примешивалась обида — почему Таисия не доверилась ему? Почему Рауму?

— Пусть полетает, развеется, — кузен сегодня был сама доброжелательность. — Ты-то, мистер «Я Всегда Держу Покерфэйс», надеюсь, не станешь доламывать мой дом?

— Что с вампиршей? — оправдывая ожидания ди Форкалонена, Мэл не изменился в лице.

— Я позаботился о ней.

Раум дернул плечом. Этот допрос начал раздражать. Младший ди Небирос вообще часто раздражал его. Не реагировал на подначки, не велся на провокации, был требователен и осторожен до занудства и в конечном итоге слишком часто оказывался прав.

— Отправил на свидание с первопредком. На вот — почитай.

В лицо Мэлу полетела газета. Статья на передовой кричала жирнющими буквами: «Кровавое возмездие! Вампирша-психопатка пала жертвой собственной жажды!»

Мэл изучил ее внимательно, мысленно отмечая нестыковки и переводя с языка бульварных статеек на язык фактов. Закончив, он перевел глаза на верх страницы.

— «В замочную скважину», — прочел он название таблоида. — Желтее, чем моча циррозника. Чего-то более авторитетного нет?

Ди Форкалонен покачал головой:

— Опасно. Ее отец — мировой судья д'Эстен. Если слишком активно формировать общественное мнение, до него могут дойти слухи. А мне бы не хотелось избавляться от судьи. Он партнер моего папаши по гольфу.

— И ты уверен, что замел все следы? — на всякий случай переспросил Мэл.

Беловолосый фыркнул:

— Не будь занудой, ди Небирос. Я подсунул ей парня, накаченного вересковой настойкой, потом еще добавил через шприц почти двадцать кубиков. Вытряс, где она хранила фотки, погрузил в машину, отключил систему безопасности и разбил тачку.