Ранг неизвестен

Простая логика говорила, что существуют и иные секреты, позволяющие избранным быстро и безболезненно миновать Чертоги Ожидания и Испытаний. Просто их держат в секрете, доверяя только своим мертвецам… Тем не менее итог все равно был печален — Морвейн и Талар оказались в рабстве у душеторговцев, и, после сотни циклов в нем, она искренне ненавидела Небесный Трон.

— Понятно, — на скулах Винсента заиграли желваки. — А что скажешь насчет душ? Если Сигурд туда-сюда приносит твою Руну, а ты — своего брата, значит, это можно сделать и с другими?

— Механизм переноса не понятен, сеньорита, — добавил Минос. — Получается, возможен обратный переход? Можем ли мы… вытащить из Вечности другие души?

Морвейн медленно покачала, вновь прикладывая палец к губам.

— Это крайне опасно, — произнесла она тихо. — Пути Вечности доступны всем Восходящим, но Дом Норн хранит врата. Если нарушать их законы, последствия могут быть… непредсказуемыми.

— Но ты решила их нарушить.

— Клянусь Великими Древами, мне нечего терять, — Морвейн вновь улыбнулась. — Я поклялась служить Одному из Тысячи и лишь хочу исполнить предначертанное. Цена, что я плачу, не имеет значения…

— Значит, это возможно… технически. И если да, то как? Путем превращения Восходящего в Руну?

— Все, обращенное в Звездную Кровь, может перемещаться между Единством и Вечностью. В том числе и Руны-Существа, фламин.

— Так… просто? — Минос не мог сдержать удивления.

— Простота лжет, — ответила Морвейн. — Восходящий, доверивший свою душу рунному мастеру, рискует навсегда потерять свободу и превратиться в покорного раба. Немногие готовы на это.

— Но оно того стоит, не правда ли? Мы ведь уже выяснили, что тебя можно освободить, и ты превратишься из Существа в обычную Восходящую, причем без стигмата! Это же вторая жизнь — разве цена велика?

— Вы ничего не знаете о цене, — медленно покачала головой Заклинательница. Она как будто не хотела говорить, но мой прямой приказ вынуждал отвечать на поставленные вопросы. — В Единстве отсутствие стигмата — как горящее клеймо. И если Храм Вечности узнает, а у него много ушей и глаз…

— И что же будет, буря?

— Ты… пробовал уничтожить стигмат, рикс? — подняла на него взгляд Морвейн.

— Сеньорита говорит о санкциях Храма Вечности! — догадался Минос. — То есть любой, кто…

— Так предначертано! Тот, кто принесет душу из Вечности, станет Врагом Вечности, — уронила Морвейн. — За его голову, а может, и за весь его Народ Храм назначит цену — подобно тому, как Наблюдатель дает свои повеления. И все Восходящие Круга захотят его уничтожить. А если не смогут, из Храма выйдут те, кому это по силам…

Я вдруг понял, о чем именно она просила Белого Дьявола, умоляя его превратить ее в Руну, и на какой риск он пошел, выполнив ее просьбу.