Счастье малое, домашнее

Уж не знаю, сколько сие манто стоило до этого аттракциона неслыханной щедрости, но и со скидкой цена у него была неприличная. А потом она сдала его в чистку вроде. А что?

– На квитанции написано «А. Бубендай». Или это вы так затейливо пошутили над приёмщицей?

– Да вы что? – открестился Коля от столь странного предположения. – Надо полагать, что это и есть Алисина фамилия. Чудненько. Она ей очень подходит, между прочим.

– Да? – изумилась Маруся. – Она что, дала вам в бубен? Ой, простите, это не моё дело…

– Нет! Не дала, – буркнул Николай. – Пойдёмте ужинать. Я там пиццу нам сжёг. Но если обгрызть сверху, то вполне съедобно.

– Чудесно. Это моё любимое занятие – обгрызать пиццу, – фыркнула Маруся, двинувшись в сторону кухни. Николай шёл впереди, перегораживая плечищами едва ли не весь проход.

– Интересно, какой у него размер? – подумала Маша. Видимо, от усталости и нервного напряжения думала она вслух, поскольку Николай внезапно остановился и, развернувшись, поинтересовался:

– Ну… этого, как его …одежды, – в смятении брякнула Маруся.

Ничего себе. Это ж до чего её довело это всё сумасшествие, что она уже и мысли озвучивает.

– Что, рубашечку мне прикупить хотите? – с ехидцей поинтересовался Николай.

– Вы ещё эту не сносили. – Маруся переминалась, не решаясь протискиваться мимо перегородившего коридор Николая. Ей совершенно не хотелось постоянно с ним пикироваться, но язык, помимо воли, выдавал всякие колкости.

Наверное, он должен был съязвить в ответ, но вместо этого вдруг сграбастал обмякшую Машу и пробормотал:

– Сколько можно бодаться? В конце концов, это глупо. Неужели, чтобы ты согласилась со мной целоваться, непременно надо довести тебя до предынфарктного состояния, напугав до полусмерти?

– Не, не надо, – неожиданно хихикнула Маруся. – Можно упростить процедуру.

– Осподитыбожемой! Процедуру, – расхохотался Николай, но потом вдруг осознал, что вот она, эта колючая, вредная недотрога, у него в руках, и, солидно кхекнув, согласился: – Давай. Упростим.

Пока они целовались, пицца, и без того прилично подгоревшая, ещё и засохла. Поэтому Маше пришлось сделать омлет. Николая она к плите не подпустила, опасаясь, что после второй его попытки они гарантированно останутся без ужина.

Сытость не наступила, но они хотя бы утолили чувство голода.

– Завтра утром позавтракаем в кафе, – распорядился Николай. – Тут напротив есть шикарное кафе, там потрясающие блинчики.

– Я вообще-то тоже умею делать блинчики, – оповестила его Маруся. – И тоже вкусные.

– Не сомневаюсь. Но без продуктов у тебя это вряд ли получится. Не идти же среди ночи в магазин, правда? – резонно возразил Николай. – Тем более у нас завтра насыщенный день. Не до кулинарных изысков.

– Я лягу на диване.