Измена. Не возвращай нас

Болезненное чувство сковало мне горло, не позволяя выдавить и звука из себя.

Сознание как на качелях то исчезало, то возвращалось.

Ступеньки лестницы двоились.

— Ты что натворил? — выдавила я сквозь стянутое острой болью горло и постаралась вцепиться в перила побелевшими от холода, который полз по телу, пальцами.

— Варя... — где-то очень близко прозвучал голос Олега, и я поняла, что цеплялась не за перила, а за него.

— Мне рано рожать. Мне рано рожать... — прошептала я, сгибаясь пополам. —Седьмой месяц, всего седьмой месяц.

— Твою мать..

8.

— Что ты злишься? — зло выдавила я, аккуратно спускаясь с лестницы. — Не злись, тебе же легче, одним ртом меньше. У тебя же там наследник долгожданный, не то что мои дочери...

— Замолчи! — рявкнул на меня Олег, укладывая на диван. — Лина! Бегом сюда: Позвони деду с бабкой, без разницы любым, — быстро сказал Олег — Скажи, чтобы остановились. Я сейчас тебя закину к ним и в больницу.

— Я не поеду никуда с бабулей и дедулей, — зарычала дочь. — Я не оставлю маму.

— Но ты же со мной решила остаться, — сказал ехидно супруг.

— И что такого? Я не оставлю маму. Я с вами поеду, сейчас только вещи сбегаю собрать.

— Лина, на перечь отцу! — прохрипел Олег, но добился только обидного «ага» от дочери, которая побежала наверх, стуча босыми пятками по полу. — Варвара.

— Что Варвара? Что Варвара? — всхлипывала я нервно, боясь даже шелохнуться, чтобы не вызвать острую боль. — Радуйся. Ты добился чего хотел.

— Ты зачем эти глупости несешь? Тебе что мало того, что случилось? — спросил Олег.

— Скорую хоть вызовешь?

У меня над верхней губой выступили солоноватые бисеринки пота.

— Я знаю, что лучше, поэтому мы сейчас просто поедем в больницу, если ты не поняла, — процедил сквозь зубы Олег и у меня нервы натянулись как струны.

Хотелось зарычать, завизжать..

— Ты меня угробить хочешь и ребенка моего, чтобы со своей малолеткой... —начала я, поглаживая низ живота.

— Да успокойся ты наконец, — Олег присел возле меня на корточки и тяжело, вздохнул. — Ты сама себя доводишь. Я хотел закрыть этот вопрос, но ты как пиявка все цепляешься и цепляешься. Куда делась твоя вера в меня? Я сказал, чтобы тебя не волновала эта тема, значит тебя не должна она волновать."

"— Да успокойся ты наконец, — Олег присел возле меня на корточки и тяжело, вздохнул. — Ты сама себя доводишь. Я хотел закрыть этот вопрос, но ты как пиявка все цепляешься и цепляешься. Куда делась твоя вера в меня? Я сказал, чтобы тебя не волновала эта тема, значит тебя не должна она волновать.

— Да померла моя вера в тебя после всего, что я сегодня узнала... — задыхаясь сказала я, и Лина чуть ли не слетела со ступенек.

— Я все собрала.

— Позвони бабке с дедом, — повторил Олег дочери, когда в машине Лина щелканула ремнем безопасности.

— Я не поеду к ним.