Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

С этими последними вышло у них проще, поскольку ранее культ Сетрена-Быка серьезно обескровил этот храм в шедших несколько десятилетий войнах: затем лишь, чтобы и самому отступить перед мощью новой империи.

Меекханцы оказали милость храму Сетрена, повелев всем его жрецам поклониться пред лицом Великой Матери и введя Рогатого в официальный пантеон империи. Культ Быка разделился. Часть земель его последователей уже были захвачены империей, остальные же распались на незначительные княжества и королевства, а иерархи пришли к выводу, что признание и место среди официальных имперских религий будет вполне приемлемым.

Молниеносно были найдены древние свитки, утверждавшие, будто Сетрен принадлежал к Великой Семье и что в Войнах Богов он всегда сражался на верной стороне. И этого хватило.

Но не всем. В странах, где культ был некогда силен, время от времени возрождалось его воинственное воплощение, согласно которому Сетрен являлся совершенно независимым богом, опекуном народов севера, сражавшимся с Нежеланными лишь оттого, что так ему велели гордость и честь. И во имя тех гордости и чести воины, украшенные татуировками топора с изогнутыми, словно бычьи рога, концами, несли смерть и огонь своим родичам – и на земли империи.

Последняя такая вспышка почти удвоила территорию Винде’канна.

Перед меекханцами что-то происходило. Неторопливо, но едва ли соблюдая правила приличия, группы кланов сдвигались теперь к входным дверям, устроив толчею в противоположном конце зала. Кеннет прикинул, что находится там не меньше двух десятков кланов. Те же, что никак не могли сделать выбор, заняли теперь весь центр, внимательно поглядывая вправо-влево, оценивая силы и зоны влияния, и только четыре рода оставались у трона – хотя и среди них встречались воины, особенно молодые, которые демонстративно поворачивались спинами к тахгу и его меекханским гостям.

Он искренне жалел, что клановые цвета очень немного ему говорят, точный расклад сил в зале оставался для офицера Горной Стражи тайной. Если бы еще от расклада этого не зависела жизнь делегации, солдат и его собственная… С другой стороны, криво усмехнулся он сам себе, знай он, что означают эти перемещения по залу, наверняка бы уже обоссался от страха.

Порой неведение благословенно…

Двери бесшумно отворились, в коридоре огни не горели, потому какое-то время все слепо вглядывались в темноту проема. Внезапно рыкнули трубы, и появилась процессия.

Предводительствовал ею высокий мужчина в маске быка. Выгнутые вперед, абсурдно большие рога цвета королевского пурпура бодали воздух. Танцор, умащенный жиром, нагой, если не считать набедренной повязки и заткнутого за нее хвоста, бросался головой вперед и в стороны, рыл ногою пол, горбатил спину, сопел и фыркал.