Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

– Я не говорил, что это было на землях империи.

После этих слов тахга установилась ледяная тишина. Прервал ее лишь внезапный взрыв смеха в зале. Кеннет обернулся: графиня вместе с мужем и Навером остановилась у одного из столов и, должно быть, произнесла нечто, развеселившее до слез большинство там сидящих. Сама она, благодарно опираясь о плечо мужа, улыбалась лучисто и искренне. Потом повлекла своих спутников дальше.

Тахг не сводил с нее глаз:

– Такая женщина. Каких сыновей могла бы она мне дать!

Все за столом одновременно взглянули на него. Беннельт-авд-Полб открыл рот.

– Нет, капитан, я имею в виду совершенно не это. Сей сластолюбивый варварский старикашка вовсе не возжаждал прекрасный меекханский цветок. – Тахг улыбнулся легко, почти иронично и продолжил, не отрывая взгляда от ходящей по залу графини: – Тупой крепыш – так говорили обо мне в молодости. Но, тем не менее, я тридцать пять лет сижу на резном троне и держу в узде самую отчаянную, мстительную и упрямую банду кланов из тех, что когда-либо обитали в этих горах. Предотвращаю резню, разрешаю споры, веду войны, но все равно единственное, что обо мне говорят, – что могу убить человека ударом кулака.

И, может, именно потому, что видят во мне обычного простеца, я все еще здесь сижу. Ибо кажусь менее опасным, чем кто-то умный и сообразительный. Порой лучше изображать более глупого и менее опасного, чем ты есть на самом деле, верно?

Одеренн уже сумел овладеть собой и поглядывал на тахга куда как внимательно.

– И какое отношение это имеет к нашей прекрасной графине?

– «Прекрасная графиня». – Владыка Винде’канна негромко фыркнул. – Звучит почти так же, как «тупой крепыш».

Неопасно, верно? Выходит, что и вы – и господин капитан, и солдаты доблестной Горной Стражи – так и не поняли, кто на самом деле главный посол. Верно? Все из-за того, что на меекхе не существует слова для женщины-дипломата. И в письмах, которыми я обменивался с великим губернатором, говорилось о посольской паре или о дипломате первого класса и сопровождающем его дипломате четвертого класса. И твои шпионы, жрец, читавшие письма, решили, что дипломат первого класса – это граф, а жена его – просто украшение, не более чем брошь на рубахе, с церемониальным титулом дипломата четвертого класса.

Капитан всадников забарабанил пальцами о стол.

– Это невозможно. Дипломат первого класса является Голосом империи.

– Именно. Тот самый, который имеет право заключать союзы, подписывать договоры и даже объявлять войны, как если бы он был императором. Его слово – окончательно, и даже император не может самовольно изменить решение дипломата первого уровня. Для этого необходима воля владыки и Совета Первых.