Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Промазали оба, убийца и лучший из воинов, какого он знал, не попали в цель размером с человека с расстояния меньшего, нежели десяток шагов. Прежде чем он перевернулся на брюхо, пришельца уже не было.

Вопль донесся со стороны селения. Он непроизвольно освободил нескольких духов, те проявились рядом, сплетая Силу в охранительные шнуры. Он отступил, пока они сплели сеть. Чужак кричал в доброй четверти мили от него. Он чувствовал его, как чувствуют воткнувшуюся в тело занозу, дыру в свете, тьму на тропах духов, движущуюся быстрее нападающего медведя. Но в крике не было ярости атакующей твари.

Печаль, жалость, ожидание. Даже в пятне чуждости эмоции ощущались отчетливо. Ты ищешь, верно? Ищешь своих, чужак в чужом месте, лишенный контакта с остальными, а разум, который некогда был частью тебя, уже не существует. И что ты сделаешь, когда ответ не придет?

Легкое дрожание земли принесло весть о новой порции льда, что рухнула в озеро. Пара ударов сердца – и он услышал плеск, потом шум идущей волны. Проигнорировал это.

Один из служебных духов возвратился с северо-запада. Втянулся и передал образ. Остальные ответили возбуждением и яростным бормотанием.

Он успокоил их одной мыслью и двинулся вперед.

Место, куда его вел образ, было небольшой щелью в скале. Собственно, попасть туда можно было лишь сверху. Десяток шагов длиной, пару – шириной. Трудно сказать, насколько она глубока. Вели к ней многочисленные тропки маленьких падальщиков, притянутых запахом. Он видел их на голой скале: царапинки от коготков, следы коротких схваток, когда некоторые пытались захватить все сокровище для себя. Он сел на краю щели и отпустил духов. Разлом почти до краев был наполнен снегом, представлял собой естественный ледник, а внутри… Тела.

Двенадцать, тринадцать, четырнадцать. Тем, что на самом дне, было много месяцев, а может, и лет. Главным образом молодые люди, дети. Сломанные кости, расколотые черепа, раны от ножей, топоров, вертелов, следы от огня. Они не умерли легко. Он раскрыл посильнее чувства, ступил на тропу духов. Нет, все решили уйти, ни одна душа не цеплялась за тело. Ничего больше он не узнает.

Ветер донес следующий вопль. Он вздрогнул. Кто-то только что умер.

Они услышали крик, как наверняка и все на расстоянии трех миль.

Вокруг не было деревьев или высоких скал, звук разносился беспрепятственно и, несмотря на то что был далек, словно вгрызался в душу. Печаль, одиночество, опустошенность. Кеннет сглотнул и вложил наполовину вынутый меч в ножны. Звук шел со стороны селения – полмили, не ближе, а значит, пока что им ничто не угрожало. Интересно, как староста объяснится завтра.

Большинство солдат уже вскочили на ноги, но, подобно ему самому, теперь убирали оружие. Далеко. Слишком далеко, а этот крик не нес обещания опасности.