Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Велергорф сунул кинжал под его запястье, перерезал ремень, вырвал щит у него из рук, отбросил его. Зашипело, воздух наполнился запахом горячего камня, и баклер с мощным грохотом распался на куски. Осколки дерева и раскаленного металла рассекли пространство. Что-то ударило его в голень. Больно.

Десятник вздернул лейтенанта на ноги и, придерживая за плечо, потянул к двери.

Рухнули они сразу за порогом, а Хивель и Волк высунулись из-за косяка и одновременно выстрелили во тьму. Кто-то крикнул коротко, с яростью.

Стражники подхватили их, выволокли в коридор.

– Какие-то чародеи. Я уже видел стрелу, насыщенную Силой.

Они кинулись к двери в миг, когда все пространство залил яростный свет. Грохот был таким, словно рядом с ними ударила молния. Крыша избы распалась на куски, пылающие доски рванулись в небо, потянув за собою шлейфы искр. Окна блеснули, взорвались огнем и дымом. Если дружина магов начинала битву, то об этом узнавали все окрестности.

Кеннет проигнорировал боль в ноге и горячий ручеек, наполняющий сапог. Указал мечом вперед, они побежали.

У избы разверзся ад.

Пылала вся передняя стена дома и большая часть крыши, та, что уцелела. Исчез также кусок забора. В свете пламени они заметили пять замаскированных фигур, сидящих на корточках, уставясь на пылающий дом.

Опасно таращиться на огонь, когда вокруг властвуют тени.

Несколько темных, низких силуэтов вынырнуло из тьмы за спиной у нападавших. Ударили они сразу, без рычания и лая, так, как их выдрессировали. Псы Горной Стражи умели сражаться как никто другой.

Один из чужаков как раз поднимал руку, между его пальцами собиралась тьма.

Два пса прыгнули на него одновременно, повисли на плечах, стянули его вниз. Темнота упала ему на голову, и, когда она разлилась по его груди, стекая с него, – он крикнул странным голосом. Там, где тьма притрагивалась к телу, что-то скворчало и дымилось. Животные отскочили, напуганные, а мужчина покатился во тьму, безумно воя.

Тьма разорвалась, и демон оказался на этой стороне. Пятно мрака, смрад, разносящийся в свежем воздухе. Лодка неспокойно заколыхалась. Он был в двухстах ярдах от берега и смотрел на прекрасное зрелище, освобожденную Силу, горящие дома, людей, сражающихся друг с другом, но теперь вспомнил и о темном существе, привязанном призрачной цепью к сидевшему у села чародею.

Глупец, сын глупца и внук глупца!

Он оставил его, оставил носящего перчатки среди людей, поскольку судьба его была предрешена. Кем был бы аг’хеери, коли бы не сумел уважить врага? Даже смертельного. Он знал, что мальчишке осталось совсем немного времени, а эти чародеи недостаточно хороши, чтобы схватить его живым.