Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

И я знаю уже, что не только мы осматриваемся и разнюхиваем… Мы боимся, – добавил он тихо.

– Не знаю. Клянусь, что не знаю, но ощущаю такую вот прошитую страхом нетерпеливость в сообщениях из Норы. Это, конечно же, не означает, что мне нужно беспрекословно им подчиняться. И потому мы вышлем шестую на восток. Там они будут в безопасности – если не влезут в проблемы.

Шпион двинулся к выходу.

– До свиданья, господин полковник.

Ибо люблю тебя больше жизни

В тот день причиной всех ссор, распрей и перебранок в городе был, несомненно, зной. И дело даже не в том, что жар, льющийся с небес, осушил большинство колодцев и источников, сжег в пепел окружающие Геравинт пастбища и снизил уровень воды во рву настолько, что даже коротконогие утки едва могли намочить там перья.

И не в том, что на городской мостовой можно было печь яйца, а пыль, вздымаемая порывами горячего ветра, заставляла слезиться глаза и царапала глотки.

Такое-то для этой поры года оставалось почти обычным.

Дело, скорее, было в атмосфере: душной, нервной, будто наполненной невысказанными резкими словами и несправедливыми обвинениями. Такой день подошел бы для спокойной трапезы в затененной беседке, со стаканом холодного вина под рукою и молодой служанкой рядом, что декламировала бы негромким, чувственным голосом эротические стихи.

Аэрин-кер-Ноэль прищурился, пытаясь силой воли материализовать это последнее видение. Впустую. Воздух в комнате остался все так же едва пригодным для дыхания, бокал в его руке – полным чем-то наподобие мочи больной кобылы, а перекатывающийся в пространстве голос – жестким, хриплым и неприятным.

Ну и, ясное дело, голос этот вовсе не декламировал эротические стихи.

– Пять серебряных оргов за штуку, Ариноэль. Пять. Это честная цена.

Стоящий в паре шагов кочевник, одетый в мешковатые портки, кожаную обувку и бараний жилет, наброшенный на голое тело, чуть раскачивался на слегка согнутых ногах, словно готовящаяся к прыжку пантера. Двое его товарищей кивали, нервно подергивая себя за усы. Ситуация становилась неинтересной.

Аэрин специально приказал доставить их к себе прямо из седел, хотя от их вони его чуть не тошнило. У них позади было едва ли не сто пятьдесят миль степной дороги. И они привели более тысячи голов скота.

Позволь он им умыться, освежиться и нарядиться в праздничные, богатые одежды, торг наверняка затянулся бы до полуночи, а начальная цена оказалась бы в два раза выше.

Он глотнул из бокала и сразу же об этом пожалел.

– Нет, Харриб, сын Арана. Мы, люди города, не глупы. Сидим за стенами, но знаем, что происходит в степях. Вы гнали скот через почти пустыню, а не как раньше, через зеленые пастбища. Большая часть стада истощена, скот исхудал и слаб. Кожа да кости.

Харриб тряхнул бритой головой.