Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Шпион увидел лишь, как нападающий сгибает ногу для пинка, а затем почувствовал, как в грудь его словно бьет с размаху кистень. Что-то треснуло в районе грудины, и тело отозвалось обморочной мягкостью.

Он грохнулся затылком в пол, под веками словно взорвался миллион звезд – и на миг он утратил зрение.

Когда оно вернулось двумя-тремя ударами сердца позже, Вельгерис корчился на полу с руками, прижатыми к горлу. Между пальцами тонкими, словно иглы, струйками брызгала ярко-красная кровь. Собственно, Гончая уже был мертв. Гентрелл сражался – вернее, не столько сражался, сколько не позволял сбить себя с ног, и помогали ему в этом коренастая фигура и изрядная масса.

Удары рушились на него, словно он попал в молотилку, пять, десять ежесекундно, конечности нападающего превратились в размазанные полосы, но Старая Крыса все еще оставался на ногах. Согнулся, низко опустив голову, тяжело дышал. И ждал.

Раздался щелчок, и убийца выполнил неправдоподобный, эквилибристический прыжок, всем телом уйдя с линии выстрела. Арбалет… невероятно, но он уклонился от арбалетной стрелы. И одновременно нашел дыру в блоках, мощный пинок ниже колена выгнул ногу Гентрелла внутрь, и шеф Крыс упал, заорав благим матом.

Нападающий сразу же оставил его и развернулся к атакующему солдату. Второй стражник из коридора – все случилось так быстро, что Эккенхард почти о нем позабыл, – приближался спокойно, поблескивая вынутым мечом и побрякивая кольчугой. Не пытался снова натянуть арбалет, выбрал ближний бой и, похоже, не спешил. Слыша шорох шагов на ступенях, Крыса понял – почему. И за этот миг, за эти несколько ударов сердца, когда все замерло, он успел наконец присмотреться к лицу убийцы.

Это была… маска, понял он через миг, глядя на безукоризненную, фарфоровую белизну щек, ровную плоскость лба, едва обрисованный горб носа, утолщения, которые можно было принять за губы. Маска, едва напоминающая человеческое лицо. Темные миндалевидные отверстия на месте глаз блеснули в его сторону, когда чужак склонил голову. И в миг, когда двери с грохотом отворились и в коридор вывалились несколько солдат, белый убийца бросился на них, словно выстреленный из катапульты.

Первого он убил сразу. Скользнул мимо клинка, и внезапно в руках его появились стилеты. Белые, словно кость. Эккенхард не сумел сосчитать, сколько было ударов, но кольчуга солдата покрылась красными пятнами с такой скоростью, словно стражник взорвался изнутри десятком маленьких багровых гейзеров. Умер он стоя.

Вооруженные люди в глубине коридора не колебались, направили арбалеты, двое, присев, словно были на учениях. Если нужно будет пожертвовать жизнью – сделают это.