Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Пока мы стоим здесь, Йавенир, Дитя Коней, Отец Войны се-кохландийцев, этот старый сукин сын, который попортил нам столько крови, умирает.

Она почти уронила кружку. Йавенир умирает. Это… почти невозможно. Отец Войны был всегда, сколько она себя помнила. Жил он где-то там, на востоке, в шатре из златотканого шелка, откуда высылал конные отряды, чтобы те грабили и убивали. В детстве она представляла его гигантским, толстым, словно вепрь, сидящим на куче подушек чудовищем, которое на завтрак пожирает жаркое из меекханских детей. Позже в этом образе мало что изменилось.

Йавенир был… постоянен, неизменен, словно восходы и закаты солнца. Известие, что он – обычный смертный, который может умереть, как любой другой, было почти невероятным.

– Сукиному сыну, наверное, лет девяносто.

– Точнее, Файлен, почти так, но мы не знаем, сколько именно, поскольку он и сам наверняка не помнит, когда родился. – Кха-дар иронично усмехнулся. – Заболел он уже с год назад, и сильнейшие жереберы не могут ему помочь. Но в его возрасте в этом нет ничего удивительного. Что важнее – это верные сведения. Несколько людей умерли, чтобы нам их доставить, поскольку в последний год весть о болезни Отца Войны была самой страшной тайной Золотого Шатра.

Ласкольник развернулся к ним боком и принялся прохаживаться. Три шага влево, поворот, три шага вправо, поворот. При длительных речах он всегда шагал, а значит, надо ждать серьезных разъяснений.

– Но три или четыре месяца назад слух пошел в мир, а вместе со слухом – начались и проблемы… – Он заколебался, словно не знал, с чего начать. Наконец остановился, выставив перед собою раскрытую ладонь. – Вы знаете, что есть пять Сынов Войны.

Аманев Красный, Кайлео Гину Лавьё, Ких Дару Кредо, Завир Геру Лом из Клаххиров и Совиненн Дирних. – После каждого имени он загибал палец. – Вместе эта пятерка составляет военный кулак Йавенира. Но с двумя Сынами нынче проблемы. Аманев – из глиндоев, его племя присоединилось к се-кохландийцам более сорока лет назад. Совиненн – полукровка из ковенхов, командующий тем, что осталось от племен, что обитали ранее на нашей границе. Во-первых, они не се-кохландийцы, но теоретически имеют право носить титул Отца Войны. Во-вторых, оба своим положением обязаны Йавениру, и не факт, что новый Отец Войны и дальше пожелает считать их Сынами Войны. В-третьих, они от души ненавидят остальных предводителей.

Он снова прервал себя и принялся расхаживать. Кайлеан незаметно усмехнулась – что бы там ни было, но оратором Ласкольник был скверным. Если что-то он и не любил больше длинных бесед, то разве что ситуации, когда ему приходилось говорить самому.

– Вы все знаете, как это у них выглядит: Отец Войны и пятеро Сынов Войны – деление простое и ясное.