Скрытые намерения

Все мы хотим, чтобы эта ситуация разрешилась так, чтобы никто не пострадал.

– Тогда держитесь подальше! И не пытайтесь сделать какую-нибудь глупость вроде отключения электричества или телефонной связи. Мы знаем, как работает полиция, вам все понятно? С нами шутки плохи!

– Я все поняла. Вы можете назвать мне свое имя? Я хочу знать, как к вам обращаться.

– Ни к чему, чтобы, э-э… – Его голос сорвался. Краем глаза Гусеница увидел, как директор пошевелил рукой.

– Не двигаться! – выкрикнула Альма. – Я буду стрелять! Не смей двигаться!

– Эй, не вздумай двинуться даже на дюйм, черт возьми! – заорал Гусеница, тоже прицеливаясь из пистолета в заложников.

Директор вздрогнул, неподвижно застыв. Женщина в трубке что-то сказала, но Гусеница не расслышал.

– Что? Что вы там говорите?

Она ответила ему – он слышал отдельные слоги, но мозг никак не мог связать их в слова. Казалось, что вот-вот стошнит. В носу пульсировала боль, на губах стоял вкус крови, кружилась голова. Где же Шляпник, черт побери? В здание в любой момент могла ворваться полиция. Они бросают внутрь светошумовые гранаты, а потом вламываются в окна. Гусеница сто раз видел такое в кино. Если они это сделают, он застрелит директора. И его секретаршу. Убьет столько этих ублюдков, сколько сможет.

Эта женщина – Эбби – повторила свои слова в третий раз, ее голос оставался совершенно ровным.

– Похоже, у вас там какая-то проблема. Все в порядке? Вы ранены?

– Я… да. Нет, все нормально. – На пол шлепнулась капля крови. Вот черт! Гусеница вытер кровь с губ и осторожно дотронулся до носа. От боли на глаза навернулись слезы.

– Там еще кто-нибудь пострадал? Кто-нибудь из ваших друзей?

– Нет, послушайте, все в порядке – просто идите и скажите остальным копам, чтобы держались подальше.

– Как там Генри и Тельма? С ними все нормально?

– Генри – это директор, а Тельма – секретарь школы. Они ведь с вами, насколько я понимаю?

Гусеница покосился на дверной проем. Тельма всхлипывала, на лбу у нее набух здоровенный кровоточащий синяк. За ней виднелись ноги человека, которого он застрелил. Рамиреса.

– С ними все в порядке. – Он сглотнул, горло у него сжалось. – Они здесь, так что не пытайтесь отмочить какую-нибудь глупость.

– Итак, вы говорите, что Генри и Тельма сейчас с вами, и требуете, чтобы полиция и все остальные держались подальше, поскольку не хотите, чтобы кто-нибудь пострадал?

– Да, именно так! – Голос у него был хриплым. Гусеница понял, что кричит. Он понизил голос, прокашлялся. – В точку.

– Ладно, я сейчас проинформирую руководство, но люди всерьез обеспокоены. Как я могу убедить их, что Генри и Тельма не пострадали?

– Один из копов недавно слышал голос директора по громкой связи.