Тайна гувернантки

— А почему у вас трость? — спросил юный Бруно, о котором, надо признаться, Ричард совсем позабыл.

— Потому что лорду Мэнли нравится с ней ходить, — объяснила Эмбер прежде, чем Ричард успел открыть рот.

— Нравится, как же, — пробурчал он.

Встречавшиеся им по дороге джентльмены сыпали приветствиями и взглядов не могли оторвать от Эмбер.

— Если вы будете так улыбаться всем мужчинам, к вечеру разобьете половину сердец в зале.

— Я вовсе этого не хочу.

— Хватит лукавить, конечно, хотите.

— Тогда мое точно разобьете.

Он произнес это шутливо и тут же с ужасом осознал, что сказал правду. Еще немного — и он всерьез заинтересуется мисс Ларк. Помоги Господь.

К счастью, Эмбер не осознала глубины Ричардовой откровенности.

— Мне не хотелось бы причинять вам страдания.

Нужно остановиться, пока не сказал что-нибудь лишнее. Двери в залу уже близко, за ними — танцевальная круговерть и разноголосый шум.

— Хотите шампанского?

— Разве что совсем немного. Бруно скоро захочет спать, и мне нужно будет его уложить. Мы захватили с собою няню, на всякий случай.

— Маленьких детей обычно не водят на поздние балы, но это на совести родителей, — сказал Ричард.

Он увидел Филиппа неподалеку и жестом велел ему принести шампанское. Понятливый слуга отправился выполнять приказ.

— Леди Даусетт очень любит Бруно. Она хочет, чтобы он тоже веселился.

Ричард отыскал незанятый диванчик в углу и усадил туда Эмбер с подопечным. Кеннета не было видно. Вот и хорошо. Друг увлекся Эмбер, это ясно, и так просто ее в покое не оставит. А ей просто необходимо, чтобы ее оставили в покое: хотя шикарное платье и драгоценности смотрятся на ней не менее уместно, чем на Кейлин Фэйрхед, под ними по-прежнему скрывается страх. Страх, что ее отвергнут. Страх непонимания того, что происходит вокруг.

— Вы очень храбрая, — сказал Ричард, садясь на диванчик и размышляя, под каким бы предлогом сплавить Бруно его заботливой матушке и побеседовать с Эмбер наедине. Желательно не здесь.

— Почему вы так сказали?

— Потому что держал вас под руку и чувствовал, что вы дрожите.

Она приподняла подбородок, стараясь выглядеть спокойно и независимо.

— Это от сквозняка. Вы не чувствуете сквозняк?

— Женщины чувствительней.

— Впрочем, что ни делается, все к лучшему, — изрек он. — Вы решили примерить крылышки райской птицы, это правильно. Глядишь, и прирастут к спине.

— Вы опять дразнитесь, Ричард?

— Дразнятся мальчишки, такие как Бруно. А я тонко иронизирую. Кстати, Бруно, как ты умудрился затопить ожерелье мисс Аделии вместе с корабликом?

Бруно надулся и промолчал.

— Ну что же вы, — упрекнула Ричарда Эмбер, — это дела давно минувших дней. Все извинения принесены, история закрыта.

— Простите, не знал. Мною движет практический интерес.