Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

Получилась льняная крышка непонятного предназначения: запах через нее проходил превосходно, пар – еще лучше. Можно было бы подумать, что она защищала зелье от попадания в него каких-нибудь мошек или пауков, но после такой ароматической атаки в таверне навряд ли выжило хоть одно насекомое!

   Сова подскоками носился по комнате, перелетал от шкафов к полкам, прикрепленным к стенам, от столов к подоконнику. Он вытаскивал из флаконов какие-то веточки и камни, заботливо спрятанные в мешочки и перевязанные цветными лентами, сухие ягоды, сильно смахивающие на обычную малину,и складировал все это на тканевой крышке. Апофеозом сбора стал тлеющий уголек, осторожно помещенный сверху мусорной кучи.

   – Пфф, – сказала куча и благородно отдалась в жертву. Робкие языки пламени подожгли веточки, облизали камушки. По ткани медленно расползалось черное пятно до тех пор, пока мусорный сбор с довольным плюхом не упал прямо в зелье через премиленькую прожженную дыру.

   Я с любoпытством заглянула через образовавшееся отверстие в чан, но ничего, кроме едкого пара не заметила:

   – Теперь – отойди, – спокойно посоветовал Сова и юркнул за дубовый стол. – Не получилось.

   – Почему не получи…

Таверна «Две Совы» утопала в полумраке. Лишь изредка в черных окнах точками отражались звезды и размытым блином – луна. Нoчь была тихой и спокойной. До рассвета оставалось совсем немного, и серый туман уже наползал на кусты и траву. Прохладный ветер лениво шумел листвой где-то в верхушках деревьев, убаюкивая тех, кто уже вернулся с ночной охоты и тех, кто еще не проснулся на утреннюю.

   Охотник потянулся, несколько раз взмахнул руками, успокаивая разгоряченные после бега мышцы, и осмотрелся – сделать еще пару кругов вокруг таверны или поpа вернуться в комнату? Скоро проснется Грай, можно напроситься на ранний завтрак. Судя по зеленому свечению в окне, Сова возился над его заказом. Может и она спустится раньше?

   И тут таверну тряхнуло.

   Сначала раздалось шипение, затем – хлопок. Скрежет дерева и скрип черепицы резанул слух. Окно в комнате Совы со звоном разлетелось на осколки,и из него повалил едкий зеленый дым.

   – БЕНЯ-А! – Не успел вопль фамильяра затихнуть в воздухе, а Диаз уже несся по ступеням на второй этаж…

Γромкий хлопок разорвал воздух. В лицо ударила силовая волна, взъерошила волосы и ураганом разлетелась по комнате.

   – Етить! – я только и успела пригнуться и закрыть голову руками. - Сова!

   – Я же сказал «отойди», - фамильяр выглянул из-за стола и вдруг уставился на меня круглыми глазами. Даже шею вытянул.

   – Что? - я выпрямилась и испуганно осмотрела свои руки. – Ну, Со-ова!

   Наверно, я сплю.