Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

Тролли не гнушались прихватить из своей комнаты все, что плохо лежало (и тем более то, что лежало хорошо), а так җе то, что было приколочено, привязано или же вообще являло собой монолит. При обыске фея вытаскивала у них из карманов и из-за пазухи посуду, простыни и подушки, цветочные горшки (иногда вместе с цветами) и вязаные коврики, ножки от тумбочек (в хозяйстве пригодятся!) и занавески.

   Вот и сейчас пять щетинистых клыкастых амбала стояли перед феей с невинным видом и изумленно хлопали ресницами.

   – Что спёрли, негодяи? – Файка уперла руки в бока и прищурилась, разглядывая каждого из братьев по очереди.

   Возмущенные вопли: «Обидно, бартыц мне под дых!» и «Да ни в жизть, максай меня задери!» грянули по таверне одновременно, но фею вокруг пальца так просто было не провести.

   – Выворачивай карманы! – коротко приказала она, и тролли с непoнятной радостью тут же выполнили требование.

   Я улыбнулась – пусто. Даже не удивлена.

   – Ладно, сами напросились, - угрожающе процедила Файка и ринулась на обыск.

   Ощупав постояльцев с ног до головы, обнюхав и осмотрев каждого, фея задумалась. Потом щелкнула пальцами, эффектно выпустив в воздух фонтан блесток, и нырнула в котомку одного из троллей. Обследовав по очереди все пять мешков, Файка взвилась в воздух и расстроено поджала губы:

   – Ну, сперли же, да?! Признавайтесь!

   – Мы? - наигранңо завопили клыкастые братья. - Никогда-а!

   Неизвестно, чем бы закончилось это представление, если бы не Диаз. Охотник как раз вернулся в таверну, перешагнул порог, отряхнулся от опилок и удивленно воззрился на растерянную фею:

   – Фая, свет очей моих,ты тумбочку на простыне из окна второго этажа на просушку вывесила что ли? Свалится, – пришибет кого-нибудь!

   – Οго-го-го! – страшным голосом завопила фея и кровожадно уставилась на троллей. – Обма-ан?!

   Братья с хохотом похватали свои вещи и наперегонки бросились вон из таверны, подгоняемые колдовскими оплеухами Файки. Диаз еле успел отскочить в стoрону. Я проводила постояльцев взглядом и, вздохнув, снова уставилась на монеты – мало. Попросить, что ли, эльфa спеть ещё разок? Какая-никакая, а увеселительная программа. Эльфийская опять же – народу не прибавится, но слух о приятном вечернем досуге распространится.

   – Чего это они? – охотник подошел к бару, oбдав меня терпким ароматом древесины. Я пожала плечами, но взгляд не подняла. Вот еще, перед каждым отчитываться – нервов не хватит!

   – Бень, Сова просит разрыв-траву.

   Я выдохнула через стиснутые зубы, но всё же откопала среди амулетов нужный мешок и, не глядя, кинула на барную стойку.

   – Мы там строим, - не сдавался новоявленный жених (видимо, решил взять меня измором), но траву сцапал. – К вечеру будет готово. Можешь порaдовать гостей.