Техник-ас

Лететь тут буквально считаные минуты: от нашего аэродрома каких-то сорок километров.

Вот что-что, а система оповещения у немцев работает просто великолепно. На подходе к Пушкину нас встретил просто шквал зенитного огня. Приходилось постоянно маневрировать как по курсу, так и по высоте, сбивая немецким наводчикам прицел. Но всё-таки это страшно, когда вокруг тебя, в том числе и сверху и снизу, без каких-либо пауз вспухают чёрные облачка разрывов.

А вот и наши клиенты. Немцы даже особо не маскировали свои орудия, да и трудновато замаскировать такие дуры.

– Тринадцатые! Атакуем!

Я бросил свой истребитель в пике.

Эх, хотелось бы сказать, что в крутое, но увы, это нам противопоказано, особенно выход из такого манёвра. Я прекрасно помню, как в Англии у меня после таких выкрутасов деформировало фюзеляж в районе хвостового оперения.

Попарно, словно ангелы мщения, сваливаемся на противника. Первое звено нацелилось на лупящую в небесную синь зенитную батарею, а второе и третье идут на вольготно расположившиеся крупнокалиберные орудия. В последний момент замечаю скопление легковых автомобилей неподалёку от уже разрушенного Екатерининского дворца и доворачиваю на них.

Ловлю в прицел стоящий здесь же бронетранспортёр, из кузова которого лупит скорострельная зенитка, и бью из пушки. Зенитка замолкает, и мы с Дедом освобождаемся от бомбового груза.

Уже выводя истребитель из пике, увидел разбегающуюся в разные стороны группу людей в форме цвета фельдграу. Жму на гашетку и с удовлетворением вижу, как дымные трассеры настигают их. На миг показалось, что даже будто бы увидел блеск погон на плечах у некоторых из них.

Внезапно огонь зениток замолкает.

Это не к добру. Надо предупредить своих.

– Внимание всем! Осмотреться! Рядом «мессеры»!

А вот и они, голубчики. Похоже, что непуганые: две четвёрки на нашу полную эскадрилью. Совсем страх потеряли. Придётся опять учить уважать нас.

Увы, но поучаствовать в педагогическом процессе мне не удалось: банально не успел. На немцев сверху свалилось третье звено капитана Юсупова. Миг – и трёх «мессеров» как не бывало. Нет, 37-миллиметровыми по истребителю – это убойно. Ещё один фриц выполнил какой-то немыслимый кульбит и дал дёру. Оставшиеся четверо немцев как-то сразу потеряли интерес лезть в драку и резко пошли вниз, набирая скорость на пикировании.

Я лишь огорчённо сплюнул.

– Тринадцатые! Уходим! Князь, потом доложишь, кто промахнулся, и я у него, бракодела, за снаряды вычту из зарплаты.

– Не, а что сразу из зарплаты-то? – прорезался в эфире возмущённо-виноватый голос лейтенанта Горбаня. – Я же не специально. Он в последний момент увернулся.

– А теперь Горбатый! Я сказал: Горбатый! – с хрипотцой воскликнул я. Ну не смог удержаться.