Трибьют

Может быть, в этот раз — хотя бы в этот раз — она сможет задуматься о том, что нужно мне и чего хочу я, — она предостерегающе подняла руку. — Поверь, если ты скажешь еще хоть слово, будет только хуже. Советую тебе остановиться. Ты достаточно умен. Передай ей, что я желаю ей удачи. Ни пуха ни пера. Правда. И это все, что я могу ей сказать.

Марио покачал головой, как будто смотрел на капризного ребенка. Потом повернулся и пошел прочь, шаркая своими шикарными туфлями, сел вместе с Кеном в машину и уехал.

Форд подошел к Силле и обнял ее за плечи.

— Этот красный цвет будет отлично смотреться на стенах амбара.

— Да. Ты не хочешь спросить, в чем дело?

— Я уловил суть. Они хотели, ты не хотела. Они настаивали, ты не уступала. Они разозлили тебя, и это хорошо. Но в конце ты расстроилась. И это плохо. Поэтому мне все равно, кто они и что они от тебя хотели. Поэтому я говорю «наплевать» — а этот красный неплохо смотрится на амбаре.

Его слова вызвали у Силлы улыбку.

— Хорошо, когда ты рядом, Форд, — она наклонилась и ласково потрепала Спока.

 — Вы оба. В Лос-Анджелесе я бы заплатила несколько сотен долларов за такой сеанс психотерапии.

— Мы выставим тебе счет. А теперь не покажешь ли мне, что тут сегодня происходит?

— Пойдем проверим, как там плиточник. Сегодня это мое любимое место. — Она взяла Форда за руку и повела в дом.

Когда Силла показала Добби орнамент для медальонов, он задумчиво почесал подбородок.

— Трилистник, — объяснила она.

— В свое время я любил пропустить пару кружек пива на День святого Патрика. Я знаю, что это трилистник, — улыбнулся он.

— Мне приходили в голову и другие символы. Более строгие и более легкие. Но мне нравится трилистник. Простой и приносящий удачу. Думаю, Дженет одобрила бы его.

— Наверное, одобрила бы. Похоже, ей нравилось все простое, когда она жила здесь.

— Вы сможете это сделать?

— Я хочу три медальона, — Силла радовалась, как девочка. — Три — тоже счастливое число. Один в столовой, один в хозяйской спальне и один здесь, в гостиной. Три круга из трилистника. Необязательно одинаковые, но симметричные.

Это я оставляю на ваше усмотрение, — добавила она, когда Добби кивнул.

— Мне нравится работать в этом доме. Словно возвращаешься в прошлое.

Они сидели за импровизированным столом — лист фанеры на двух козлах для пилки дров. Она принесла ему стакан чаю, и они пили чай, пока Джек заканчивал штукатурить последний участок стены.

— Вы видели ее, когда она приезжала сюда?

— Иногда. Она всегда останавливалась, чтобы поговорить. Улыбалась, здоровалась, спрашивала, как дела.