Трибьют

— Спасибо, соседка, — сказал Форд, вставая, и пошел в дом, чтобы позвонить своему агенту.

Этого не может быть — именно такое ощущение испытывала Силла, сидя на уютной террасе отцовского дома, аккуратного кирпичного строения в колониальном стиле, и потягивая чай со льдом, поданный хлопотливой мачехой. Эта сцена никак не совмещалась с предыдущим периодом ее жизни. В детстве ее поездки на восток были короткими и редкими. Работа была важнее — по крайней мере, так считала ее мать.

Иногда отец приезжал к ней, вспоминала Силла. Вез ее в зоопарк или в Диснейленд. Но их всегда — а особенно в разгар популярности ее сериала — преследовали папарацци или окружала толпа детей, родители которых щелкали фотоаппаратами. Работа заслоняет «волшебную страну детства», хочешь ты того или нет.

Кроме того, у отца и Патти была своя дочь, Энжи, свой дом и своя жизнь на другом конце страны. Что, как тогда думала Силла, равносильно другому краю света.

Она никогда не была своей в этом мире.

Может, именно это и пытался объяснить ей отец? Это так далеко, и дело не столько в расстоянии, вспомнила Силла.

— Здесь очень красиво, — вслух сказала она.

— Наше любимое место, — ответила Патти с улыбкой, которая выглядела немного натянутой. — Только еще немного прохладно.

— Нет, хорошо. — Силла лихорадочно соображала, о чем говорить с этой милой, по-матерински ласковой женщиной с приятным лицом, короткими темными волосами и беспокойным взглядом. — Не сомневаюсь, что через неделю или две, когда все начнет распускаться, сад будет великолепен.

Она обвела глазами клумбу, кусты, виноград и аккуратную лужайку, которая наверняка скроется в тени, когда распустятся листья на красном клене и плакучей вишне.

— Вы вложили в сад много труда.

— Нет, я лентяйка. — Патти провела рукой по темным, коротко стриженным волосам и потрогала маленькое серебряное колечко-сережку. — Садовник в нашем доме Гэвин.

— О! — Силла перевела взгляд на отца: — Правда?

— Мне нравится возиться с землей. Наверное, это наследственное, — ответил тот.

— Его отец был фермером, — Патти улыбнулась Гэвину. — Так что это у него в крови.

Знала ли Силла об этом? По-моему, она об этом не знала.

— Здесь, в Виргинии?

— Да, — Патти удивленно посмотрела на нее, а потом перевела взгляд на Гэвина.

— Я думал, ты в курсе: твоя бабушка купила ферму моего деда.

— Я… что? Маленькую ферму? Она была твоей?

— Она никогда не была моей, милая. Дед продал ее, когда я был еще мальчиком. Я помню, как гонялся там за цыплятами и получал за это взбучку. Моему отцу ферма была не нужна, а его братья и сестры — те, кто был жив в то время, — почти все разъехались кто куда. Ну, он и продал ее. Дженет приехала сюда на натурные съемки. «Танец в амбаре».

— Эту часть истории я знаю.