Трибьют

Это безопасно? — спросила Энжи, схватив Силлу за руку. — То есть они не опрокинутся, не сложатся?

— Тогда мы не будем смотреть. Мы возьмем краску. Я пойду красить фасад, а ты вернешься внутрь. Оттуда мы его не увидим. И мы ничего не скажем моей матери.

— Ладно, — Силла демонстративно отвернулась и вставила ключ в навесной замок амбара.

Оливия Роуз Брюстер появилась на свет в 2:25 пополудни.

— Мэтт на седьмом небе, — сказал Форд, когда они подъехали к больнице. — Раздает жвачку с глупой улыбкой на лице. Малышка очень симпатичная, с черными волосами. Итон родился лысым, как мой дядя Эдгар, но девочка — у нее копна волос.

— Похоже, дядя Форд тоже очень доволен.

— Это радость. Огромная радость. Джози выглядела усталой, когда я зашел к ней сразу после родов.

— Удивительно. Она должна была выглядеть как фотомодель, после того как вытолкнула из себя восемь фунтов и пять унций…

— Ладно, ладно. Не нужно подробностей. — Он с трудом нашел место на больничной автостоянке. — Я поговорил с Мэттом, пока ты была в душе. Он говорит, что с ними обеими все в порядке.

— Как приятно приезжать сюда по такому радостному поводу, — она скользнула взглядом по этажу, где находилось отделение реанимации.

— Ты разговаривала с Шанной, после того как она вернулась из поездки?

— Она очень довольна, — он взял Силлу за руку, когда они пересекали стоянку. — Она говорит, что Стив хорошо выглядит. Почти набрал потерянный вес и теперь похож, как она выразилась, на римского гладиатора. Пользуется тростью, только если устанет.

Форд открыл тяжелую стеклянную дверь.

— Я отправила ему по электронной почте фотографии дома. Нужно еще сфотографировать кухонную мебель.

— Я уже принес ей цветы, — возразил Форд, — и большого розового плюшевого мишку.

— Восемь фунтов четыре унции…

— Хорошо, в магазин подарков.

Нагруженные цветами, воздушными шариками, «музыкальной» овечкой и стопкой книг для новоиспеченного старшего брата, они вошли в палату.

Джози сидела в кровати и держала на руках запеленутого младенца в розовом чепчике, из-под которого выбивались черные волосики. Брайан разворачивал жвачку, а Мэтт фотографировал жену и дочь.

— Еще посетители, — просияла Джози. — Силла, ты разминулась с отцом и Патти.

— Я пришла не к ним, — она наклонилась над кроватью. — Привет, Оливия. Она красавица, Джози. Ты славно потрудилась.

— Эй, у нее мой нос и подбородок, — воскликнул Мэтт.

— И она такая же болтушка. Хочешь подержать ее, Силла?

— Я думала, ты не предложишь. Меняемся. — Она положила овечку на кровать и взяла ребенка. — Вы только посмотрите. Посмотрите, какая прелесть. Как ты себя чувствуешь, Джози?

— Хорошо. Правда хорошо.