Туркестан

Первый адрес был на Старогоспитальной улице, где интенданты винтили по-крупному, проматывая ворованные деньги. Там молодого стрелка быстро научили всему плохому. А второй адрес оказался еще хуже. В доме Хаким-ходжи на Садовой проживала некая учительница музыки. Уроки она давала не маленьким девочкам, а тем же интендантам, у которых карманы лопались от ассигнаций… Поручик с месячным жалованьем 67 рублей плюс 9 рублей квартирных был среди этих богачей никто. Ну, по 30 копеек в сутки еще доплачивали в карауле, и столько же, когда войска стояли в летних лагерях на Ханум-арыке. Не больно поиграешь! Но поручику нравилась угарная жизнь, с шампанским каждую ночь и с кружевными панталонами музыкантши. В конце концов Владимир залез в полуротные «хлебные» деньги. Верх позора!

Дело в том, что служба в Туркестанском военном округе считается тяжелой. Солдаты даже получают дополнительное довольствие чаем и вином. Рацион тоже неплохой: каждый день суп с мясом (мясная порция каждому) и каша с мясом в крошку. А еще три фунта хлеба. К концу срока старослужащие столько хлеба уже не съедают и получают вместо него так называемые «хлебные» деньги. Украсть их у солдат – это надо совсем совесть потерять… Кража быстро обнаружилась. Суд чести должен был собраться в среду, а в понедельник Владимир пошел в караул, из которого не вернулся…

Скандал замяли. Офицеры сочли, что поручик Перешивалов смыл свой позор кровью. Никто не сомневался, что он нарочно забыл снять с себя шашку. Да и саму Ольгу в батальоне любили и жалели. Она получила крохотную пенсию, на которую с трудом сводила концы с концами. Хорошо, дом был свой. Родители умерли и оставили небольшое наследство, которого как раз хватило на покупку жилья. Теперь молодая вдова старела, но мужчин к себе близко не подпускала. Не верила никому из них. В гости она ходила редко, к Скобеевым да еще в одно семейство. Винила в трагедии Ольга одну себя. Это ведь она не смогла родить детей! Кто знает: если были бы детки, может, Владимир бежал бы из казармы домой, а не в игорный притон? Так длилось семь лет. Но, как выяснилось, жизненные силы в ней сохранились. И простого счастья она хотела, как и все прочие люди. А открылось это с появлением сыщика Лыкова.

Теперь она старалась узнать о своем любовнике как можно больше. И спрашивала, спрашивала – буквально обо всем. С заминкой спросила даже о жене, и он ответил… Ольгу интересовали подробности: детство, война, служба, роль Благово в жизни Алексея. Никогда еще он не чувствовал к себе такого внимания, такого восхищения и обожания. Лыков привык уже к тому, что его атлетическая фигура вызывает у дам обостренный интерес.