Убийца возвращается дважды

 – Точное отчество и год рождения – это все, что я нашла в домовой книге. Настоящее местонахождение Высоцкой не установлено. Может, умерла, может, эмигрировала, а может, сменила фамилию…

– Чтоб вы знали, мы здесь не на кофейной гуще гадаем, – оборвала ее Анна.

– Я сделала запрос, но это же будет долго…

– Можете идти, – сказала Стерхова, но вдруг передумала: – А впрочем, нет, задержитесь.

– Слушаюсь. – В голосе младшего лейтенанта прозвучали слезы.

– Не надо обижаться. Мне очень нужна ваша помощь. Понимаете?

– Понимаю. – Краюшкина шмыгнула носом. – Еще что-нибудь?

– Прошу организовать для меня доступ в склад вещественных доказательств в вечернее время.

– Какую причину указать в рапорте? – спросила Краюшкина.

– Поиск утерянных вещественных доказательств по делу об убийстве гражданки Паниной. Думаю, Стратонов его подпишет.

– Сегодня же все сделаю.

Едва дождавшись ухода младшего лейтенанта, Павел тяжело обронил:

– Зачем же вы так с ней, Анна Сергеевна?

– Как? – Анна перевела на него взгляд.

– Давай договоримся, Платонов. Если девушка нравится – пригласи ее в кино после работы. А в рабочее время мы ловим преступников.

Она взяла со стола листок, сняла трубку с телефонного аппарата и набрала номер.

Дождавшись ответа, Анна заговорила:

– Мне нужен Николай Иванович Гуляев.

– Да, это я, – ответил негромкий голос.

– Здравствуйте, моя фамилия Стерхова, я – следователь. Нам нужно поговорить.

Гуляев настороженно обронил:

– Об убийстве Паниной. Помните такую?

– Я все уже рассказал. Больше сказать нечего.

– Было бы хорошо, если бы вы приехали ко мне в следственное управление и все повторили. Что скажете, если я закажу для вас пропуск на завтра?

– Ну уж нет! Я тридцать лет в областной центр ни ногой. И век бы мне его не видать!

– Тогда давайте по телефону.

– Нам не о чем говорить. Прощайте.

Услышав гудки отбоя, Анна положила трубку.

– Не стал говорить? – догадался Платонов.

– Хотите, съезжу к этому дегенерату и поговорю с ним по-мужски?

– Спасибо. Только это вряд ли поможет. Нам нечего ему предъявить. – Анна потянулась к сумочке, достала помаду и, не глядя в зеркало, подкрасила губы. – В два часа меня ждет Колодяжная.

– Насколько понял, там убили ее мать. Я бы на ее месте переехал.

– Я тоже удивилась, – заметила Анна. – Однако это для нас весьма кстати. Поговорю и заодно осмотрюсь на месте.

За тридцать прошедших лет дом Паниной почти не изменился. Он был таким же, каким его увидела Анна на фотографиях Бернарделли: большой, двухэтажный, с белыми стенами. Сменились только окна и дверь. Теперь входная дверь была металлической, а окна – из пластика.

Анна поднялась на крыльцо, нажала кнопку звонка и вдруг ощутила страх, как будто ей предстояло опуститься в чью-то могилу.