Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

 – Мало ли какие ДНК на трупе найдут, вот, чтобы исключить вас сразу… вы же понимаете, что следы бывают самые разные. И убийца их наверняка оставил…

Ирина заговорщически круглила глаза, болтала вроде бы, не придавая ничему значения. А сама…

Она не знала, как это лучше назвать. Волна?

Оно было похоже на водную стихию. Такое ощущение, как будто тебя захлестывает водой, затягивает, как в водоворот, но не утягивает вниз, а наоборот, растет сквозь тебя, развивается, разворачивается в неукротимую стихию – и ты на гребне! И все это летит сквозь тебя, вместе с тобой, и есть только солнце, небо и стихия.

Теперь Ирина могла этим управлять.

Савелий поежился. Почувствовал что-то?

Что ж. Животные более чувствительны к некоторым вещам, а в глазах Ирины Савелий недалеко от обезьяны ушел.

– А нас-то зачем? – буркнул Савелий. – Она уж когда ушла-то, несколько месяцев как!

– Да неужели? – Ирина спрашивала пока спокойно. – А как же быть с тем, что вчера вас видели вместе?

– Не могли нас видеть.

Савелий понял, что его преследуют. Что кто-то… но кто? И что стало известно ментам?

Ирина смотрела на него в упор, и мужчина начинал себя чувствовать все более неуютно.

Сила ярилась вокруг него, захлестывала мужчину – и вот, словно кракен вынырнул из волны. Щупальца обхватили его за шею, потянули вниз…

Уж такие-то вещи подвластны любой ведьме! Подавить волю человека, заставить повиноваться себе, приказать ответить на вопрос… да для этого и ведьмой быть не надо! Кое-кто это прекрасно проделывает без паранормальных способностей!

Ирина давила, ломая барьеры грубой силой, и четко уловила момент, когда надо было задать следующий вопрос.

– Вас видели вчера. В машине была девушка – или ее тело?

– Тело, – неожиданно для себя выдал Савелий.

Кажется, он и сам этому удивился, но…

– Вас видели у гаражей, – низким голосом произнесла Ирина. Казалось, ее слова растеклись по прихожей, впитались в стены, обрели силу. – Это ведь ты ее убил, да?

Ирина смотрела с презрением, с гневом и злостью. И никак иначе – ведьма и сама была на гребне волны. Сама испытывала часть тех чувств, которые необходимы для ее вызова. Пока она еще не настолько опытна, чтобы отстраниться полностью.

– Ты насиловал девчонку несколько лет, – голос звенел, набирая силу, – и мать не могла тебе помешать.

Насиловал, пока она не забеременела, а потом запер ее, словно собаку, посадил на цепь. Побоялся, что ее спросят – и она ответит!

– Она просила пощадить ее… и в первый раз тоже просила, правда? Что она сказала тебе, когда ты пришел к ней первый раз? Говори!

Сила хлестнула плетью. И словно нехотя шевельнулись мясистые губы в сивой бороде.

– Во имя Бога! Не надо!

– Чтобы помочь девочке, не нужно быть богом, достаточно было остаться человеком.