Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

Как обычно…

Рутина обходов, одни и те же кварталы, дома, люди…

Да помилуйте! Вы просто ничего не понимаете! Ирина видела в этой работе нечто стабильное, постоянное, удивительно надежное. Мир может лететь ко всем чертям, строить капитализм или социализм, ставить и свергать президентов, а порядок поддерживать кто-то должен. Как ее дед в девяностые.

Шел и работал. И никаких оправданий, вроде: «путча», или там «это не хулиганство, а агитация за нашу партию» не допускал.

Рисуешь ты на заборе?

Это не наглядная агитация, а хулиганство. И изволь отвечать за него по всей строгости.

А именно – баллончики долой, ведро с краской в зубы и вперед. По примеру Т. Сойера, пока забор не покрасишь, домой можешь не приходить.

Так у грамотного участкового всегда есть рычаги воздействия. Шантаж?

Что вы! Как можно! А ты не пей водку, не шляйся по чужим женам, не воруй, и будет тебе счастье. Ну а если уж нарушил заповеди – прости, друг. Компромат, он и у фараонов был компроматом.

Вот и сейчас Ирина накрыла компанию подростков, которые рисовали на заборе интернациональное слово из трех букв и высшей математики. И чем им забор не угодил?

По результатам разговора пришли к общему знаменателю.

Слово могут дорисовать. Но потом надо его закрасить. А если есть свободное время, мы его потратим с пользой для дела, не оформляя «хулиганку». А то ведь можно…

И жизнь потом будет не то чтобы порушена, но осадочек останется. Ну зачем таким милым молодым людям такие проблемы? Подумаешь, хозяин дома – козел!

Вот и рисовали бы козла. Высокохудожественно.

А то все буквы кривые, все косые… позорище!

Молодые люди вняли увещеваниям и согласились все закрасить. А что там они в процессе себе под нос бурчали, ну так это ерунда.

У людей несварение желудка приключилось, всякое бывает.

Потом позвонил Кирилл.

Ирина подхватилась и отправилась к Серафиме Сигизмундовне.

Пока Кирилл повез ее выбирать диваны и стаканы, она прекрасно справится со своей задачей.

Сим встретил хозяйку вдохновенным мурчанием и потерся об ноги. Ирина погладила его за ушами.

– Ну что, мохнатый, обрел дом?

– Отсюда тебя не прогонят. Живи, сколько пожелаешь. А если гулять захочешь, мы тебе ошейник с биркой наденем. Чтобы не потерялся.

Сим всем видом показал, что нагулялся на ближайшие лет двадцать.

Вот, если к весне… там посмотрим.

И Ирина принялась за важное дело.

Все, кто хоть как-то наделен экстрасенсорными способностями, свои дома защищают. Вот в принципе. Мой дом – моя крепость, для них это не просто слова, это образ жизни. Дом должен быть такой, чтобы в него зло не проникло.

Чтобы любого, кто с недобрым идет, с дороги сворачивало, а то и вообще – наизнанку выворачивало. Вот, как Прасковья, ведьма старая, свой дом защитила, так оборотень и не мог дороги найти.