Во власти шторма (СИ)

Столько же раз отругала себя за такие мысли. Плакала, сидела на подоконнике, не сводя глаз с парковки, чтобы сразу увидеть, как он вернётся, гипнотизировала телефон, вдруг позвонит. Но его до сих пор нет. Кто эти люди, кого они убили, откуда они знают друг друга?

В который раз прокручиваю произошедшее. «Мы обязаны доложить боссу», «Этот вопрос решайте с Виктором Петровичем». И меня осеняет. Гуглю фамилию Волков, название города, в выпавших результатах вижу Влада и его отца. Волков Виктор Петрович, официально — бизнесмен, владелец сети отелей, депутат, меценат. А дальше статьи желтой прессы о подпольных делах, махинациях и слухах. Читаю, и меня пронимает непередаваемый ужас. Это к нему сейчас поехал Влад. Вот почему ничего не рассказал мне. Боже, зачем я потащила его на это озеро? Слышу под окном звук подъезжающей машины, кидаюсь к окну — Влад. Слава Богу! Выходит из машины — вроде цел, идёт в подъезд.

Встречаю его у двери, заходит, кидаюсь ему на шею и плачу.

— Всё хорошо, успокойся.

Гладит меня по голове, крепко прижимает. Идём в гостиную, усаживает меня к себе на руки на диване, обнимает, заключает в свои объятия, как маленького ребёнка, и даёт прийти в себя. Мы просто сидим и молчим, каждый в своих мыслях.

Когда начинаю дышать размеренно, Влад немного отстраняет меня от себя, заглядывает в лицо.

— Нам надо серьёзно поговорить, — тон его голоса меня пугает.

Встаю, пересаживаюсь на диван рядом с ним, готова слушать. Сердце замирает, растираю холодные руки.

— Это были люди моего отца. Не знаю насколько это правда, но он сказал, что мужчину не собирались убивать, только припугнуть. Мы не вовремя там появились, произошла накладка и в него выстрелили. Он мертв…

Убили очень серьёзного человека, пока он будет считаться пропавшим, скорее всего, таким и останется, его не найдут. Но его будут искать очень тщательно, сейчас поднимут на ноги все службы, всё действительно очень серьёзно.

Кровь леденеет в жилах, внутренности скручиваются в узел, снова вижу картину убийства, мне нехорошо.

— Но самое страшное, что они знают кто ты. Сейчас уже точно знают, они быстро наводят справки. Мой отец не оставляет свидетелей в живых. Наверно потому до сих пор ему сходят с рук все его чёрные дела.

Шок! Оцепенение лишает возможности дышать, я сжимаюсь, открываю рот, но издаю только беззвучный крик.

Влад видит моё состояние, берёт меня за руку.

— Я не дам тебя в обиду. Но есть только один безболезненный выход из этого всего.

Смотрю не него умоляющими глазами. Готова на что угодно.

— Нам нужно пожениться.

— Что? — выдавливаю растерянно, переставая соображать от неожиданности.

— Мою семью он не тронет. Для него это давний личный триггер, однажды он потерял меня, когда плохо обходился с женщиной, которую я люблю.