Во власти соблазна

– А ты знаешь, что лорд-мэр требует расследования, чтобы понять, как тебе удалось победить в прошлом году? – спросил Михаил.

Виктор глянул на Михаила, и оба расхохотались.

– Не расстраивайся, – «утешил» его Рудольф. – Я объяснил лорд-мэру, что твои мускулы ослабли, потому что ты всю прошлую неделю обхаживал свою ненаглядную.

Теперь хохотали уже трое братьев Казановых.

– У меня уже мозги кипят от вашей бестолковой болтовни, – проворчал Степан, вызвав очередной взрыв смеха.

– А почему ты сидишь здесь, если твоя супруга… – Тут Рудольф так захохотал, что на него обернулись все, кто был в комнате. – Ты что, уже успел поссориться с женой?

Виктор обернулся к Михаилу:

– Ну-ка проверь книгу пари.

Михаил встал, подошел к книге, нашел запись и добавил туда что-то такое, что теперь смеялись все вокруг.

Хотя Степан и казался спокойным, каждый его нерв и каждый мускул были готовы дать бой. Утреннее раздражение переросло в полуденное негодование, а затем и в дневной гнев. Насмешки братьев довели этот гнев до точки кипения.

– Ты выиграл, – сказал Михаил Рудольфу. – Заплачу завтра.

Виктор кинул на Степана в высшей степени разочарованный взгляд и тоже повернулся к Рудольфу:

Степан вскочил с кресла.

– Вы держали пари на то, когда мы с женой поссоримся? – Он по очереди посмотрел на братьев. – Меня от вас тошнит.

Не сказав больше ни слова, Степан направился к выходу и уже почти дошел до двери, когда брат его догнал.

– Да ладно, братишка. – Рудольф схватил его за правую руку. – Мы не собирались тебя обижать.

Степан резко повернулся, сжав левую руку в кулак, и ударил брата в лицо. Рудольф полетел на пол.

Все разговоры прекратились, все головы повернулись к этой необычной, интригующей сцене.

– Держу пари на сто фунтов, что у Казанова будет подбит глаз, – в мрачной тишине произнес чей-то голос.

– Готов поспорить, что младший – уже труп, – сказал еще кто-то.

– Казанов не убьет своего брата, – отозвался третий.

– Бьемся об заклад на пятьдесят фунтов? – уточнил второй.

Степан посмотрел на лежавшего на полу брата:

– Держись от меня подальше.

Потирая пострадавшую челюсть, Рудольф растерянно посмотрел на него:

– У меня обе руки рабочие.

Степан отослал карету и пошел на Гросвенор-сквер пешком. Ему нужно было остыть, прежде чем он увидит жену. Невозможно мириться, если ты пылаешь гневом.

– Добро пожаловать, ваша светлость.

Степан что-то буркнул и направился к лестнице.

– Ее светлость еще не вернулась, – сказал Боунс. Степан замер и обернулся.

– Гарри отвез ее к Инверари?

– Думаю, да, ваша светлость.

– Вели Гарри подать карету.

– Да, ваша светлость.

Через несколько минут Степан сел в карету.