Войти в бездну
– Можно узнать, – выступила вперед Маша Елыгова, – как все-таки ваше имя? А то неудобно… Вы нас, похоже, знаете, а мы пребываем в неведении.
– Вы замерзли, Мария Дмитриевна? – Хозяин любезно улыбнулся. – Посмотрите в баре, найдете все, что душе угодно. От вульгарной водки до самых изысканных ликеров. Что до моего имени… Э-э… Гай Юлий Цезарь, сенатор, а впоследствии император Рима.
– Издеваетесь? – сквозь зубы прошипел Казаков. – Мы серьезно спрашиваем! Что это, черт возьми, означает?
– Вы недовольны своим спасением? – с огорчением поднял брови Цезарь, не поднимаясь с кресла.
– Кто вы такой, в конце концов? – в голос рявкнул Казаков, сжимая кулаки.
– Кто? – неожиданно воскликнул Бишоп. Андроид первым уяснил в чем дело. – Да вот кто!
Искусственный человек без всякого страха прошел к столику, остановился рядом с «хозяином», поднял руку, стянул с нее перчатку и, театрально пошевелив пальцами, запустил ладонь прямо в грудь Цезарю.
– И что? – безмятежно спросил он. – Голографических фантомов никогда не встречали? Добро пожаловать на борт «Юлия Цезаря», господа! То, что вы видите перед собой – только визуальное воплощение личности бортового ИР.
– Как сделано… – Гильгоф аж за голову схватился, с восторгом наблюдая за фантомом.
– Могу, – согласился овеществленный неведомой техникой ИР корабля. – Простите, что не пришел вас встретить. Программа моих перемещений запускается только при полной активации всех систем малого рейдера, на борту которого вы находитесь. Сейчас корабль отдыхает. Господа, метеорологический прогноз неблагоприятен еще как минимум на двенадцать часов.
– Какое время? – настороженно переспросил Гильгоф. – Эй, эй, ты куда?
Изображение бывшего римского императора несколько раз моргнуло, дернулось, и фантом растворился. Кресло осталось пустым.
– Искусственный разум корабля на вызовы не отвечает. – Бишоп, которому фокусы владельцев «Цезаря» были малоинтересны, уже вовсю общался с компьютером центра управления.

















