Войти в бездну

 – Отсюда он не выберется. Там трехслойное кварцевое стекло с пластиковым покрытием, пол керамический и усиленный внизу титановой плитой. Консервная банка.

– Я хочу посмотреть, – упрямо сказал Казаков. – И вообще, чего вы раскомандовались?

Гильгоф лишь поморщился. Бишоп стоял с каменным выражением на лице. Иной осторожно изучал камеру, изредка тычась мордой в прозрачные стены. Капельки слюны стекали по стеклу.

– Хорошо-о, – протянул ученый. Его пальцы порхали над клавишами компьютера, управлявшего блоком. – Приступим. Бишоп, что опробовать для начала?

– Стандартные наркотизаторы.

 – Андроид ткнул пальцем в появившийся на мониторе список химических веществ, имевшихся в распоряжении исследователей. – Только мне кажется, ничего не получится. Его кровь моментально удалит любой яд, содержащийся в атмосфере.

– Посмотрим. – Гильгоф выбрал курсором наиболее подходящее, по его мнению, соединение и нажал клавишу ВВОД. – Для начала распылим препараты кетаминового ряда с добавлением бензодиазепинов…

Из трубки над головой Иного пополз едва заметный и мгновенно растворяющийся в воздухе капсулы белесый туман.

Зверь поднял морду, заслышав тихое шипение, вывел из пасти стержень со второй парой челюстей, попробовал распыляемое вещество «на вкус» и… И чихнул. Очень натурально. Прямо как собака, сунувшая нос в коробочку с перцем.

Маша Ельцова откровенно фыркнула, затем последовали смешки Казакова и других военных, толпившихся у входа в лабораторию. Иной сидел в своей прозрачной клетке, ничуть не реагируя на вводимые вещества.

Через минуту Гильгоф разочарованно развел руками.

– Если его легкие впитывают газы так же, как и наши органы дыхания, – сказал он, комментируя, – то Иной доложен был свалиться еще сорок секунд назад. Я ввел дозу, способную заставить стадо бегемотов больше суток беспробудно дрыхнуть… Попробуем что-нибудь другое.

Спустя полчаса все наблюдатели, начиная от Ельцовой и заканчивая прибежавшими поглазеть на невиданное развлечение докторами, начали скучать. Гильгоф с Бишопом травили бедного зверя наркотизаторами и их сочетаниями, но тому было хоть бы хны.

Иной иногда чихал, иногда попискивал, изредка щелкал челюстями и поводил хвостом. Решение подсказал Бишоп.

– Фторотан использовали, Вениамин Борисович? – вежливо спросил андроид. – Нет? И не нужно.

– Я даже цианиды туда запустил, – с огорченным видом ответил Гильгоф, указывая на камеру. – Чтоб этой твари пусто было! Не хочет он спать! А если начнем действовать манипуляторами до того, как он заснет, рассчитывая только на воздействие инфразвукового сигнала, зверь начнет бунтовать.