Войти в бездну

Бишоп продолжал общаться, терзая слух Ельцовой. Иной изредка отвечал.

– Ничего не понимаю. – Андроид огорченно развел руками. – То есть я понимаю, что он хочет мне сказать; заметьте, Маша, это настоящий контакт с чужим разумным существом, взаимный диалог; но он утверждает, что другие пути опасны. Причем очень опасны.

– Веревка есть? – деловито спросила Ельцова. – Как погляжу, вентиляционные ходы здесь широкие, проползти сумеем. Если Иные пробирались по ним в здание, значит, и мы попадем. Нужно только забраться наверх.

– Сожалею, – совсем тихо прошептал андроид. – Но этого я не предусмотрел.

Был уверен, что можно пройти по земле к открытому выходу, через который мистер Мак-Эван попал наружу. А Иной совсем не хочет туда идти. Наверное, опасается вооруженных людей.

– Нам они не страшны, – возразила Маша, но сразу осеклась. А если «джихадовцы» установили на подходах к зданию мины? Или автоматические пушки, реагирующие на любое движение? Вот будет весело! А подобные меры безопасности, несомненно, были приняты. – Бишоп, подумай, как на нас прореагируют наемники или их руководство, когда мы свалимся им на головы из люка вентиляции, да еще в сопровождении Иного?

– Мистер Пиквик всегда сможет уйти.

Я его отошлю, – ответил андроид. – Жалко, конечно, что нет веревки. Пожарная лестница? Таковой что-то не видно. Ага! Маша, у меня есть одно несколько сюрреалистическое предложение. Надеюсь, вы не испугаетесь.

Ельцова мигом поняла, о чем ведет речь Бишоп.

– Ну знаешь… – Она критически осмотрела слегка покачивающегося из стороны в сторону Мистера Пиквика, но поняла, что это действительно выход. – И как ты себе это представляешь?

Маше ужасно не хотелось дотрагиваться до Иного, который казался ей склизким и холодным.

Она ошибалась – гладкий панцирь Мистера Пиквика нагрелся на солнце и был совершенно сухим. На ощупь шкура Иного напоминала твердую отшлифованную кость. В общем, ничего страшного, если не считать нескольких маленьких деталей – черный хищник был вполне живым, в брюхе у него что-то булькало, и от него почему-то сильно пахло старой бумагой. Мистер Пиквик отнесся к прикосновению человека вполне благожелательно и, опустив морду, изучил Машину ладонь своими внутренними челюстями. Ельцова брезгливо отерла ладонь, на которую упала капелька слюны, о брюки.

– Безусловно, есть определенный риск, – академическим тоном говорил андроид. – Я не знаю, вдруг у него сработают непреложные инстинкты? Ну как, Мария Дмитриевна, согласны?

Времени оставалось меньше полутора часов.

– Согласна, – кивнула Маша. – Но учти: я могу не выдержать и заорать.

– Не нужно, – сказал Бишоп, хмурясь и придумывая, как точнее сформулировать приказ Иному. – Не двигайтесь, пожалуйста, и отнеситесь к животному спокойно.