Забытая федерация

Планета превратилась в шарик, а потом в звездочку, мы начали разгон для прыжка домой.

Выходя из каюты вслед за понятыми, я увидел, что меня ждет один из членов экипажа с нашивками техника по двигателям. Его ненавязчиво блокировали мои телохранители. Вид он имел далеко не спортивный, говоря откровенно, дистрофик.

– Можно с вами поговорить? – спросил дистрофик, выглядывая из-за могучей туши ящера, которая как бы случайно перекрывала прямую линию между им и мной.

– Ну пойдем, поговорим.

– Если можно, наедине.

Вид дистрофика никаких опасностей не вызывал. Его соплей перешибить можно, но вот само желание «поговорить наедине» напрягло меня сильно.

– Наедине никак не получится, у меня нет секретов от Гены. Посмотрел я на ящера, который одобрительно моргнул третьим веком. Сразу к дистрофику подошел один из ящеров и молча просветил его переносным сканером. Похоже, на дистрофике ни взрывчатки, ни оружия не было. По крайней мере, сканер не выявил. Ящер кивнул и отошел в сторону, освобождая путь. Я вернулся в каюту старпома следом за дистрофиком. Гена встал у меня за левым плечом.

– Ну, я внимательно слушаю, – сказал я, весьма отдаленно представляя, что он от меня хочет.

– Можно обесточить камеры в каюте?

Я кивнул, Гена достал глушилку, которую используют при захвате преступников. Она блокирует как внешние камеры, так и нейросеть. Конечно, не так, как сфера, которая вообще звуки не пропускает. Но сферой я все еще не разжился.

– Наверно, вы догадались уже, что я тот самый диверсант на этом корабле.

– Ну, были такие предположения.

– Так вот, я слышал, вы бывших врагов к себе на службу берете.

Во как, хитрый попался, знает, что с корабля уже не выберется, решил переобуться по-быстрому.

– Ну, в теории мне нужны люди, – неопределенно сказал я. Если честно, я и сам еще не решил, нужен ли он мне.

– Я принадлежу к закрытому ордену Костчев, и я не могу служить сюзерену, который слабее меня. Прости, но мне нужно испытание.

Я еще только обдумывал, как бы пожестче ответить, что никаких испытаний не будет, либо он со мной, либо нет. Да и кто может быть слабее его? Практически скелет, обтянутый кожей. Не успел я додумать, как тело начало двигаться на автомате. Причем по сопротивлению окружающей среды я понимал, что замедление времени одно из самых высоких, которые я видел.

Воздух был не как кисель, а как резина. Мне в шею летел непонятный предмет, зажатый в руке дистрофика. Вроде что-то длинноклинковое. Иначе он просто до меня не допрыгнул. Мне приходилось вминаться в воздух, как в какую-то стену из песка. Вот-вот коснется моей шеи, даже парировать нечем. Значит, изогнусь, пусть потом упаду и буду уязвим для второго удара. Но успею выдернуть палаш из ножен, да и Гена прикроет.