Закат в Лиссабоне

Чжан Цзинь достал аппарат и, выслушав сообщение, что-то быстро произнес. Затем убрал аппарат в карман.

— Сотрудники нашего посольства все время держали в поле зрения нашу машину — пояснил он. — Они заметили, что за нами следует еще один автомобиль. Синий «Сеат Толедо». Он не отрывался от нас до самой больницы. В салоне было двое мужчин. Они ждали нас минут десять, пока мы были в здании. Но затем «Сеат» неожиданно развернулся и уехал. Сейчас наши люди проверяют, кому принадлежит эта машина.

— Случайно не сотрудникам российского посольства? — уточнил Дронго. — Об этом вы не подумали?

— Нет, — возразил Чжан Цзинь. — Один из сидевших в салоне — темнокожий. Вряд ли он мог быть русским, если, конечно, в России не берут на службу в посольство африканцев.

— Вы повторяетесь, — с досадой произнес Дронго. — То говорили про какого-то темнокожего румына, теперь рассказываете сказки о темнокожих наемниках в российском посольстве. Может,  придумаете другую сказку? 

— Это не сказки, — строго ответил Чжан Цзинь. — И я действительно сразу подумал об этом румыне. Наши люди тут же позвонили в отель и выяснили, что Эпалаге нет в номере. Но уехать, чтобы проследить за «Сеатом», оставив нас одних, они не могли.

Дронго вспомнил, что и его напарнику убегавший со стадиона убийца показался темнокожим. Слишком много совпадений…

— Номер «Сеата» у вас есть?

— Мы все проверяем, — бесстрастно повторил Чжан Цзинь.

На этом разговор закончился. Они вышли к автомобилю и уселись на свои места.

— Где ты получил этот удар по голове? — очень некстати снова спросила Зулмира. — Врачи говорят, что тебя именно ударили. Или на тебя упало ведро?

— Почти. Я же объяснил, что просто ударился.

— А они считают, что тебя ударили. Слишком большая гематома.

— Не понимаю, с чего они это взяли, — пробормотал Дронго, — наверное, что-то перепутали. Я сам врач и знаю, как часто в таких случаях врачи ошибаются.

Чжан Цзинь промолчал. А Зулмира совершенно отчетливо насмешливо фыркнула, словно хотела показать, что сомневается в его словах. В чем она усомнилась? Насчет ошибок врачей? Или она не верит самому Дронго, представившемуся врачом?

Еще через пятнадцать минут они уже были на веранде отеля «Палацио», где подавали кофе и десерт. К Дронго подошел явно рассерженный «Пьеро».

— Вы понимаете, в какое положение меня ставите? — зло спросил он. — Я выгляжу идиотом. Вы едете с сотрудником китайской разведки, а меня оставляете здесь.

— Мне важно было не разрушить наше совместное алиби, — успокоил его Дронго. — Если бы я поехал в больницу вместе с вами, всем стало бы ясно, что мы достаточно близки. И тогда наше совместное алиби на стадионе совершенно потеряло бы цену. Полиция может нам просто не поверить.