Запретный остров

 — Мы все еще находимся на острове, и говорить о нашем спасении пока что несвоевременно!

Владимир никогда не любил паникеров, а сейчас предупредительные слова Роя были совсем некстати: расстройство взяло верх над мимолетным позитивом в его мыслях.

Через несколько метров путники остановились. Яхта колыхалась вдалеке, прямо напротив них. Об этом свидетельствовал и свет сигнального прожектора.

— Именно здесь мы и высадились, — сказала Элизабет. Она взглянула под ноги, в надежде обнаружить след от волочимой по песку резиновой лодки.

Девушка обернулась назад и всмотрелась в ближайшие кусты, а Владимир проследил за ее взглядом. Рой продолжал смотреть на яхту, едва заметную в далекой темноте, и попытался навскидку оценить расстояние до нее.

— А что это такое?! — спросил русский тоном, который говорил: «Неужели этот хлам и есть та самая резиновая шлюпка?» — Элизабет, прошу тебя, скажи, что это всего лишь шутка, и что это не та лодка, которая должна доставить нас на яхту!

— Да, к сожалению, это она и есть, по крайней мере была ею когда-то.

— Черт! — Владимир упер руки в бока и гневно сплюнул. — Мы опять в заднице.

— Еще в какой! — подтвердила Элизабет.

— Нам из нее пока что еще и не удавалось выбраться, — проговорил Рой. — И я не понимаю, почему вы так этому удивились. Вы что, думаете этот монстр дилетант? Ошибаетесь! Он хитроумная машина для убийства и хорошо знает, за какие ниточки нужно дергать, чтобы деморализовать жертву.

Владимир затрясся от злости, вызванной осознанием того, что ничего нельзя изменить.

— Я, не задумываясь, убью этого монстра, когда у меня в руках окажется ружье Оливера.

— Владимир, ты забыл одну очень важную вещь — его невозможно застрелить.

Мужчина так уставился на Моррисона, словно говорил: «Ты меня еще плохо знаешь!» — Мне же удалость причинить ему вред от пистолета. Думаю, при помощи ружья, я сделаю ему гораздо хуже.

— Но для начала нужно доплыть до яхты! — отрезала Элизабет.

Рой не стал продолжать стоять столбом на месте и впустую разглагольствовать о своем негодовании. Впрочем, он не испытывал столь сильного стресса, который с трудом уже переносил Владимир. Он сделал несколько шагов в сторону уцелевших фрагментов резиновой шлюпки и, остановившись, принялся разглядывать их.

Владимир задумался и состроил такое лицо, как будто до него только что дошло что-то очень важное.

— На твоем месте, я бы не стал так близко приближаться к этим плотным кустам. За ними может скрываться кто угодно. Ты понимаешь, кого я имею в виду?

— Спокойно, Владимир. Ближе я подходить не стану. К тому же я считаю, что, если бы паук был здесь, мы бы его уже заметили.

Непонятно почему Моррисон вообще это сказал. Ему самому собственные слова показались совсем неубедительными.