Запретный остров

Думаешь, я не догадываюсь, что твоя подружка, Элизабет, неслучайно появилась на вечеринке Нормана?!

Дэвид тяжело сглотнул и неуверенно ответил:

— Конечно, не случайно. Это я ее пригласил!

Владимир подозрительно сощурил глаза.

— Не делай вид, что ты не понимаешь, что я имею в виду! — Ты, главное, не переживай, расскажи все как есть. Мы же с тобой уже договорились, что твоя ошибка с исчезновением вчерашней ночью, осталась в прошлом. И ты сам сказал, что отныне не допустишь каких-либо оплошностей. Признайся, ты ей что-то рассказал?

Рука Владимира застыла на уровне пояса, а его мощный кулак сжимал рифленую рукоятку пистолета «Смит и Вессон» — девяносто четвертого года, модель: «Сигма».

Когда Дэвид опустил голову и увидел, блеснувший от солнца, стальной затвор оружия, он узнал его. Потому что у Нормана был точно такой же пистолет и тот ему однажды показывал его.

— Черт!.. — испугавшись, отпрыгнул от штурвала Дэвид. — Откуда он у тебя?

— Нашел в тумбочке, в доме Гринов. Вот, как видишь, решил позаимствовать на время.

— Ты хочешь меня пристрелить?! — проговорил шокированный ситуацией моряк.

— Да нет, что ты несешь? — непроизвольно мотнул стволом русский. — Просто решил показать тебе и предостеречь. Если на острове, кроме нас, еще кто-то будет, я их всех до единого — убью. Мне не нужны неприятности. Так что, если тебе есть, что мне рассказать, то лучше сделай это прямо сейчас, иначе потом будет уже слишком поздно.

Владимир любезно предоставил Дэвиду некоторое время, чтобы хорошенько все обдумать. А сам тем временем, спрятав пистолет, стал прохаживаться по палубе яхты, выглядывая через высокие борта на ребристые волны, мерно расходящиеся в стороны от механического воздействия судна.

Дэвид вновь ухватился за колесо управления. Он пытался как можно отчетливее припомнить вчерашний разговор с Элизабет. Когда Дэвид растрепал ей все планы, он был весьма пьян и плохо понимал, что делает, а потом она, словно по дуновению легкого ветерка, наподобие пушинки, исчезла в неизвестном направлении. «Черт, кажется, я, в самом деле, вчера чересчур много болтал языком!»

— Вроде как, я вчера сболтнул ей лишнего, — признался яхтсмен.

— Что ты ей рассказал? — словно приведение, оказавшись за спиной Дэвида, осведомился Владимир. — Слава богу, ты решил признаться. Не опасайся меня, тебе ничего не грозит. Продолжай.

Дэвиду, даже несмотря на вероятное предательство, совсем не хотелось, чтобы Элизабет хоть как-то пострадала в свете намечающихся разборок, вдали от цивилизации.

— Только пообещай мне, что ничего ей не сделаешь, — взмолился яхтсмен.

— Хорошо! Так и быть, но за остальных, с кем бы она ни была там, я не ручаюсь!

— Я рассказал ей практически все, что знал: курсы, примерные координаты, в общем, всю навигацию.