Камень. Книга 4

Мы внучку попозже еще что-нибудь подкинем, чтоб не заскучал. Ты ему про Юсупову сказал?

— Сказал. — кивнул Цесаревич. — Реакция была точно такой, какую мы и ждали. Уверен, он теперь на контрасте к Шереметьевой будет настроен более благожелательно. Тем более, Алексей опять с Юсуповой и Долгорукой поругался. Вернее, они с ним.

— Да?.. И что?

Цесаревич рассказал."

"— Растет внучок. — Император довольно откинулся на спинку кресла. — Не стал из мухи слона делать, да еще и на собственную гордость наступил, когда на ужине у Юсуповых через Шереметьеву настоял, да и с Долгоруким о молчании его сестры договаривался.

Ладно, Саша, ты продолжай отслеживать развитие ситуации, но не вмешивайся ни в коем случае. А последние новости узнавай через Белобородова и свою агентуру в Родах, к Лешке не суйся. Договорились?

— Сделаю. — кивнул тот.

* * *— Чего вы ревете? Можете мне нормально сказать, что случилось? — прикрикнула Императрица на двух своих доверенных Валькирий, которые срочно испросили ее аудиенции. — Ночь на дворе, а вы воете! Сейчас весь Кремль перебудите!

Спустя некоторое время Императрица все же добилась от женщин внятного рассказа.

— Матушка-Государыня, он нам скорую встречу пообещал! — размазывая по лицу не перестающие бежать слезы, всхлипывала старшая из пары. — А Александр Николаевич все это слышал и ничего Алексею Александровичу не возразил!

— Хватит ныть! — опять прикрикнула Императрица. — Дайте подумать!

Ситуация была — хуже не придумаешь! Внучок действительно мог довести в этом плане свою месть до конца. А она не могла ему этого позволить — в этом случае урон ее репутации будет нанесен непоправимый. На Валькирий ей было плевать — сами виноваты, надо было доводить дело до конца и арестовывать Петрова за применение стихий, там бы кривая куда-нибудь бы и вырулила… Да и таких исполнителей у Императрицы было немало.

Но вот кто с ней после подобного согласится добровольно работать, если она элементарно не может обеспечить защиту своим исполнителям? Беда… Остается одно — вытаскивать этих… А уж они после этого будут преданы ей до гробовой доски. Но как вытаскивать? К мужу идти бесполезно, к старшему сыну тоже, ведь именно Александр, явно согласовав все с Николаем, и вытащил этих двух клуш с дежурства и запретил им пользоваться телефонами. Остается только одно…

Императрица взяла со стола телефон и натянула дежурную улыбку:

— Коленька, сынок, я тебя не разбудила?.. Детей укладывал?.. Вот ты у меня какой примерный отец семейства! Не то, что некоторые. Коленька, сынок, мне тебя надо срочно увидеть… Да, дело безотлагательное… Скоро будешь? Жду, мой дорогой.

Улыбка медленно сползла с лица Императрицы, и она, отложив телефон, повернулась к Валькириям:

— Сейчас придет Николай Николаевич.