Камень. Книга 4
Продолжение приключений Алексея Пожарского или теперь уже Романова
— Димон, мы ж с тобой с войны не виделись! Как сам?
Какое-то время разговор двух сотрудников Канцелярии проходил на личные темы. Впрочем, без особых подробностей. А уж когда пошло перечисление фамилий и направлений, которые эти «фамилии» курируют, я совсем потерял нить разговора. Прохор успевал краем глаза отслеживать и разбор нами шмотья, а когда мы закончили, сделал знак нам сесть за стол.
— Дмитрий Олегович, доложи отрокам оперативную обстановку, будь другом. — попросил воспитатель Годуна. — Водки мы с тобой еще успеем выпить.
— Хорошо. — кивнул тот.
Из рассказа Дмитрия Олеговича выходила следующая картина.
— Дмитрий Олегович, — влез Александр, — а почему нельзя местные Рода… покритиковать за такое наглое поведение?
— Высокая политика и национальные особенности. — улыбался Годун.
Из дальнейшего рассказа Годуна следовало, что Императору удалось договориться с Королем Афганистана о неком подобии совместных действий — афганские Рода постепенно зажимают Никпаев с их территории, внутри Афганистана, а мы давим со своей стороны.
— Отмечу особо, Ваши Императорские высочества, Никпаям терять уже нечего, прошу отнестись к этому факту особенно серьезно. — он сделал паузу и продолжил. — Полковник Пожарский доведет на заседании штаба до вас эту информацию и покажет все на карте более наглядно. Да, чуть не забыл. — хлопнул себя Годун по лбу. — На всей границе соприкосновения земель Никпаев с нашими, Погранцами усилено патрулирование на случай прорыва последних, а все три вертушки приписаны к АПЛ не только с целью заброски на территорию Афганистана, но и на случай соответствующего реагирования на угрозу прорыва Никпаев уже на нашу территорию.
— Спасибо, Олегович. — поблагодарил того Прохор. — Ты здесь один или?..
— Прихватил с собой в помощь пару талантливых въюношей со взором горящим… Парнишки дельные, можешь, если что, на нас рассчитывать.
— Добро, Олегович. — воспитатель повернулся к нам.





