Камень. Книга 4

Как нам пояснил Трегубов, специалист, присланный моим дедом, настоял именно на таком варианте, якобы князь перед ним поставил задачу представить портреты в самом выгодном свете. И это ему удалось в полной мере.

— И откуда у Сашки что взялось? — Прохор рассматривал портрет Главы Рода Пожарских. — Ведь недавно на моих глазах пацаненком бегал, штаны на лямках!..

— Михаил Николаевич получился у Сашки лучше, чем я. — высказала свое мнение Леся."

"— Здесь должен был стоять и мой портрет, Лёшка! — заявила мне Вика, сделав вид, что обиделась. — Одно радует бедную девушку, — вздохнула она, — что я тоже, как бы, приняла участие в организации этой импровизированной выставки нашего Рембрандта.

Надеюсь, он не забудет меня, когда станет богатым и знаменитым…

— Я более чем уверен, Вика, — хмыкнул Прохор, — что если Сашка «поймает звезду», именно ты первая и вернешь его с небес на землю.

— Я такая! — гордо вскинула подбородок она. — Побить не побью, но соответствующие выражения по поводу этого безобразия подберу не стесняясь.

— И почему я в этом нисколько не сомневаюсь? — Прохор смотрел на нас с Лесей.

Мы с ней переглянулись и согласно кивнули, а Вика, заметив всё это, вскинула подбородок ещё выше:

— Обращайтесь, мои дорогие! Вы же знаете, для вас — любой каприз!

За Лесей же я наблюдал с самого утра, не замечая за ней никаких странностей и отклонений в поведении, и даже умудрился ее посмотреть — если и были в доспехе девушки какие-то существенные изменения по сравнению со вчерашним днем, то я их не увидел.

Леся опять почувствовала мое прикосновение, но реакция ее была уже не такой, как в прошлый раз — она просто подошла и спокойно поинтересовалась:

— Это опять твои фокусы, Лёшка?

— Ага.

— улыбнулся я. — Скоро и сама так сможешь. И никто, кроме других колдунов, этого прикосновения твоим внутренним взглядом не заметит. — она поежилась после этих моих слов. — Не переживай, Лесенька, под началом того самого Лебедева, о котором тебя отец предупреждал, таких колдунов много служит. И ничего, живут себе спокойно, и не жалуются. — попытался я ее успокоить. — Давай-ка, как раз, отцу твоему позвоним, пригласим на беседу, о которой мы вчера разговаривали.

— Давай. — вздохнула Леся.

Мой разговор с Пафнутьевым был краток — вопросов, типа: «А зачем?», «А почему?» и «Нельзя ли все порешать по телефону?» от Виталия Борисовича ожидаемо не последовало, и к двум часам дня он обещался быть.

Алексия же, стоявшая рядом и всё слышавшая, опять вздохнула:

— Одни проблемы от меня, Лешка. Раньше только отец со мной возился, а теперь еще и ты.

— Не выдумывай! — отмахнулся я и ухмыльнулся. — Жить с двумя ведьмами?.. Да любой нормальный мужик о таком только мечтать может!

— Любой нормальный мужик от нас сбежал бы давно! — заулыбалась Леся.