Камень. Книга 4
Продолжение приключений Алексея Пожарского или теперь уже Романова
— Прохор, а что Сашка собрался с деньгами делать, он не говорил? Надо же их куда-то вкладывать, не лежать же им мертвым грузом на счете? А то сын в этих финансовых вопросах совершеннейший профан, и в силу возраста, и в силу своей большей творческой направленности…
Это что, Владимир Александрович нас тактично о помощи просит? И мой воспитатель не подвел:
— Государь выделил Алексею одного из самых грамотных своих управляющих. Уверен, что если вы, Владимир Александрович, будете не против, он найдет время и на решение финансовых вопросов Александра. Естественно, все крупные сделки будут проходить только после согласования с вами, а отчеты предоставляться ежеквартально.
— Удобно ли будет все это? — с облегчением поинтересовался Петров.
— К моему большому сожалению, — Прохор покосился в мою сторону, — Алексей Александрович не сильно загружает своего управляющего работой. Так что, да, Владимир Александрович, это будет удобно, не переживайте.
— Тогда я не буду возражать против кандидатуры вашего управляющего. — кивнул тот и посмотрел не меня. — Алексей, у меня к тебе будет огромная просьба.
— Скажу. — согласился я.
Следующие полчаса Владимир Александрович с Прохором потратили на обсуждение разных мелочей и нюансов, касающихся дальнейшего проживания Александра в нашем особняке. Выяснилось, что мой друг уже успел в самых превосходных выражениях расписал отцу Лесю с Викой. Прохор же, в ответ, заверил Петрова-старшего, что с постельными делами Александра вопрос решен тоже, чем его очень обрадовал. Закончился разговор обещаниями быть на связи и взаимными приглашениями в гости, после чего мы вернулись в гостиную.
* * *— Саша, вчера Император оценил портрет князя Пожарского. — я забрал своего друга из гостиной и отвел в бильярдную. — И он тоже хочет портрет твоей работы. Как и Императрица.
— Императрица? — он слегка побледнел. — А отказаться от всей этой затеи можно? Или уже все?..
— Саша, — вздохнул я, прекрасно понимая все те чувства, которые сейчас овладели моим другом, — ты можешь отказаться. И никто тебя не вправе принуждать. Однако, я бы на твоем месте очень хорошо подумал — такой шанс редко выпадает больше одного раза в жизни.





