Землянка в межмировой Академии (СИ)

Сколько заняло времени наше путешествие к лагерю, не знаю. Но вот уже Кириса сгрузили с платформы, и роботы грузят его в капсулу. Я стою у платформы, не понимая, что делать и как быть. Я бы хотела быть сейчас с ним рядом, но понимаю, что не имею права. Кто я ему? Так, сбоку припеку. Не родственница, не любовница, не жена. На Земле есть правило, что знать о том, что происходит с пациентом, могут только родственники или близкие люди. А я-то ему по факту никто. И от осознания этого становится кто-то больно и обидно.

— Идем? — оказывается, Мати все это время был рядом и даже ободряюще придерживал меня за плечи. Только я так ушла в свои чувства и переживания, что даже не заметила этого. — С ним все будет в порядке, — попытался меня успокоить парень.

— Курсант Майорова? — вдруг рядом с нами как из-под земли вырос хармит.

— Да, — я растерянно посмотрела на него.

— Идите за мной, — скомандовал офицер. Судя по нашивкам, он был адъютантом кого-то из высших чинов планеты Хармо.

— Постойте! Но мы только что с задания, дайте ей хоть в себя прийти, — попытался вмешаться Мати, но хармит лишь окинул его презрительным взглядом и отвернулся.

— Мати, не надо, — я видела, что парень готов защищать меня, даже если придется драться. — Жди меня в моей комнате.

— Хорошо, — нехотя согласился Мати и отступил.

Я поспешила догнать незнакомого мне хармита. Он шел с полной уверенностью, что я последую за ним, и это немного раздражало. Кем он себя возомнил? Но ответ пришел откуда я и не ждала. Мы прошли в административное здание. Мужчина завел меня в темную комнату и поставил перед стойкой, очень похожей на студенческую кафедру. Сам же он отошел в тень, а на меня обрушилось столько света, что я зажмурилась и заслонила лицо сгибом руки. Сразу вспомнились фильмы, где подозреваемым в преступлении светили лампой в глаза, чтобы они не могли соврать. А может, чтобы допрашиваемые оставались в тени, и преступник не мог разглядеть того, кто задает неудобные вопросы.

Придя в себя и привыкнув к слишком яркому свету, я огляделась. Напротив меня за столом сидели несколько гуманоидов. И если я правильно поняла, это были руководители нашей практики-экспедиции. Но вот позади них полукругом были голограммы тех, кто еще присутствовал на допросе, но находился у себя в кабинете. Здесь были и руководитель академии, и высшие чины космического сообщества. У меня все похолодело внутри. Я, конечно, могу ошибаться, но если я правильно понимаю все, что происходит, то это допрос. И если я сейчас еще и выступаю в качестве свидетеля, то это временно. Как бы меня под трибунал не отдали, или как у них тут правильно называется судебное разбирательство над военными. И хоть я и не полноценный военный, а всего лишь курсант, но думаю, и на этот случай у них все продумано.