Адмирал. Пенталогия

За день до отхода граф Алексеев собрал остающихся добровольцев, все планы много раз говорены-переговорены, но надо еще раз повторить основные моменты, вдруг выскочит новая мысль или вопрос. В Павловске кроме управляющих оставалось два офицера, инженерартиллерист Александр Ашастин и пехотинец Петр Юргенс. В их ведении — строительство фортов, порта, создание полиции и гарнизона. Батюшка Дионисий развернул походную церковь и присматривал место для закладки фундамента будущего собора, о котором он мечтал. Врач и натуралист Леонид Русаков, художник, архитектор и натуралист Василий Оболенцев, отставной горных дел мастер Иван Россошанский и два отставных унтер-офицера конногвардейского полка Матвей Сидельников и Юрий Фомичев.

Братья Горбуновы сели за спинами управляющих, все добровольцы с женами и детьми.

Сергей напомнил, что на обратном пути заглянет в строящийся город.

— Сколько рек мы должны исследовать? — в очередной раз переспросил Василий Горбунов.

— Не надо стараться исследовать все реки сразу.

Ближайшая река — у подножия горы, где мы строим город. Надо найти подходящий участок для сельского хозяйства, нужные семена у вас есть.

— Будет большой удачей, если мы сможем выращивать кофе, какао и хлопок, — сказал Михаил Свиридов.

— Земли здесь благодатные и богатые, золото с алмазами, как ягоды, собираем, — добавил Петр Юргенс.

Примерно пятьдесят километров на юго-восток рек не будет, затем снова пойдут большие реки. Все реки текут с невысоких гор, где много минералов и зверей, опасайтесь слонов и львов.

— Рыбы очень много, и проблем с кормом для свиней и птицы нет, про коз и говорить нечего. На первый же корабль, что за красным деревом придет, дам письмо в Танжер для Моисея, пусть еще скотину пришлет, — сказал Михаил Свиридов.

— Не забудьте через месяц выплатить неграм жалованье и приучайте их к товарно-денежному обороту, иначе намучаетесь с палками за ними бегать.

— Мне самому намного легче будет, когда они поймут зависимость собственной сытости от сделанной работы.

В начале февраля «Панацея» встретилась с пиратской эскадрой, и Сергей пересел на «Waalhaven» к сорокалетнему шкиперу Якобу Дебаю. Корабли растянулись в патрульную шеренгу, в которой «Панацея» заняла западный край.

Граф Алексеев задумчиво прохаживался по палубе, ему было над чем подумать. Четыре с половиной года назад Сергей Николаевич Алексеев, шестидесятивосьмилетний пенсионер, бывший капитан торгового флота и отставной капитан первого ранга ВМФ СССР, непостижимым образом оказался в XVIII веке.

При этом одновременно стал двадцатилетним юношей.

Дворянин — самозванец сначала пытался устроить новую жизнь как помещик, с надеждой применить свои скудные по меркам XXI века агротехнические познания.