Анжелика. Путь в Версаль

Началась глухая борьба, состоящая из вооруженных столкновений и партизанских нападений, отказа от уплаты налогов и стычек с королевскими войсками. В конечном счете в прошлом году королю пришлось лично отправиться в Лангедок, чтобы положить конец этой опасной напряженности, и Андижос был схвачен. Все это Анжелика узнала из пересудов придворных, вкушающих шоколад в «Испанской Карлице».

Если эти события и можно было рассматривать как месть за Жоффрея де Пейрака, то они никак не могли его спасти.

А мэтр Обен? Даже мысль о его соучастии не укладывается в голове. Это безупречный королевский служащий; как говорят, он отвергал целые состояния, которые ему предлагали.

И почему за пять лет до Анжелики не дошло даже малейшего отголоска существования такого заговора?

Шли часы, и логически безупречные рассуждения мадам Моран камня на камне не оставили от безумных надежд глупенькой Анжелики. Увы! Теперь она уже не юная романтичная девушка. Жизнь потрудилась доказать, что она безнадежно одинока. Что ее муж сгорел на костре или погиб позднее в неизвестном месте. Она никогда больше его не увидит!

Анжелика уже по привычке стиснула руки, чтобы успокоиться.

Иногда на лице ее появлялось мягкое отстраненное выражение, говорящее о покорности судьбе. Но это выражение мало кто подмечал, потому что ради интересов дела ей приходилось выглядеть веселой и приветливой и даже многословной. Она охотно входила в эту роль, потому что была жизнерадостной от природы.

Впрочем, эти мысли отвлекали. Ей некогда думать. В течение минувшего года она не колеблясь бросалась в самые смелые авантюры, что вызывало стенания Одиже, но все начинания, или почти все, удались.

И теперь Анжелика разбогатела. Она обзавелась каретой и жила на Королевской площади. В кондитерской уже не она разливала ароматный напиток по изысканным чашечкам, а целый штат негритят с бантами, которых она привезла из Сета и всему обучила.

Сама же Анжелика занималась только счетами и квитанциями. И вела размеренную жизнь зажиточной горожанки.

Анжелика встала и продолжила свой путь вдоль набережной Селестинцев. Чтобы отвлечься от признаний мэтра Люка, она припомнила свою новую жизнь, начавшуюся после того вечера, когда, в глубокой тайне, она предстала перед господином Кольбером.

Сначала была кондитерская, в короткое время превратившаяся в модное заведение Парижа. На вывеске значилось: «Испанская Карлица». Кондитерскую как-то посетила сама королева и пришла в восторг, что теперь не только она одна пьет шоколад. Ее величество сопровождали карлица и карлик, достойный Баркароль.

С тех пор кондитерская процветала. Анжелика понимала, что сотрудничество с таким влюбленным мужчиной, как верный Одиже, давало серьезные преимущества.