Хочу вернуть жену

Господи, а можно мне хоть пару спокойных дней без тревог и волнений, к которым я не имею ровным счетом никакого отношения? Без этих семейных посиделок, обсуждений, прочих встрясок?

Только вот они рано или поздно случатся, если сейчас попытаться отложить их в долгий ящик, а вновь изводиться мыслями в ожидании я устала.

Посмотрев на обоих мужчин, что воззрились на меня с немым вопросом во взглядах, я проговорила:

- Спасибо, что ты в этом всем участвуешь и так помогаешь нам с Сашкой, - обратилась к Свердлову. - И за предложение подбросить до дома тоже спасибо. Но Никита прав - у нас есть незавершенный разговор.

Я бы могла начать объяснять, рассказывать Игорю больше, но… его ведь совсем не касались те вещи, которые происходили между мной, Константиновым и его матерью.

- Хорошо. Созвонимся, пока, - кивнул он и, развернувшись ушел.

Я с сожалением, которое появилось в душе помимо воли, смотрела в широкую спину Свердлова, после чего повернулась к Никите и задала риторический вопрос:

- И когда уже твои постельные приключения, в которые ты втянул не только меня, но и нашего ребенка, перестанут отравлять мне и Сашке жизнь?

Глава 30

- Никит… Эту беседу инициировала я. Если уж на то пошло, Игорь здесь по моей просьбе. И задает те вопросы, которые я попросила его задать, - вмешалась я в беседу, пока все это окончательно не превратилось в балаган.

Инстинктивно положила руку на ладонь Свердлова, заметив, что он тоже хочет что-то сказать. Предполагала, что ничего хорошего из его уст не прозвучит. Этот жест не укрылся от внимания Константинова. Он вцепился взглядом в мои пальцы, которые, чуть нервно сжав широкую кисть Игоря, отдернулись.

- О, как, - хмыкнул Никита и сложил руки на груди. - Тогда валяй, рыцарь без страха и упрека. Раз уж моя жена дала тебе такое задание.

Я поджала губы, но отвечать не стала. Хотелось, чтобы эта встреча закончилась как можно скорее, хотя, мы не просидели за столом «переговоров» и десяти минут. По всему выходило, что Константинов сам отыскал Илью и о чем его расспрашивал за нашими с Игорем спинами, сейчас было неясно. Неужели он не понимал - одно неверное слово, и Вержицкий-младший может пойти на попятный? И тогда мы уже точно ничего не узнаем относительно его отца.

- Я могу говорить? - едва заметно дрогнувшим голосом спросил Илья.

Я кивнула.

- Кхм, - кашлянул он и начал рассказывать.

От его историй у меня на затылке волосы встали дыбом. Как оказалось, я была далеко не единственной из тех женщин, с которыми Егор сначала заводил знакомство, а потом, когда дело доходило до близости, применял агрессию. Его не интересовали обычные отношения. Вержицкого возбуждало насилие. Сначала он предлагал это сделать в качестве игры, затем - сам начинал переходить рамки. Мог взять силой, например, в общественном месте.