Ар-Деко. Своя игра

— Одевайся, быстро!

— Сначала любовь! — Она раскинула руки для объятий.

— Здесь через десять минут будет полиция и любить тебя будут в камере. Одевайся!

— Ка-акая поли-иция? — она снова заговорила так, словно в патефоне ослабла пружина.

— Обычная. И тебя арестуют. А завтра ты будешь во всех газетах. И если ты не оденешься, то будешь в них голой и унюханной героином.

— Они не напечатают такое, — она отмахнулась и захихикала.

Так, вон ее платье и сумочка, вон туфли. Белье к черту. Жанин ходит без белья, и эта походит. Подобрав все это с пола, я швырнул вещи ей.

— Одевайся или получишь по заднице. Быстро! У тебя минута.

А у меня еще дело. Поэтому, оставив Джин Фей в спальне, я быстро прошел в кабинет Монро, опустился на колено возле письменного стола и с усилием приподнял одну тумбу. Пошарил под ней рукой — да, хоть облицовка и закрывает все до самого ковра, под ней есть свободное пространство. Только отпечатки вот, отпечатки…

Что в столе? Начал быстро выдвигать ящики и в самом нижнем нашел жестяную сигарную коробку. Взял аккуратно, посмотрел «на отблеск», включив настольную лампу — вся захватана. Влезет пакет?

Вывалил сигары, пакет влез. Отлично. Сигары в сумку, а коробку под стол. Вот теперь лучше, теперь дело сделано. И теперь заняться актрисой. Мне она никто, но Солу важна. А мне важен Сол. Нам важен, вместе с Сюзет.

Та, естественно, даже и не подумала одеться. Теперь она валялась на животе и пыталась дотянуться до тумбочки, а если точнее, то до бумажки с порошком.

— Нет, нет, нет! — Я ударил ей по руке. — Никакого дерьма.

Я схватил ее за руку, дернул так, что она чуть не свалилась с кровати.

— Э-эй, мне нужно… — она снова тупо потянулась к героину.

— Не нужно. — Я высыпал порошок на пол и растер ногой. — Одевайся.

Я расправил ее платье и попытался натянуть ей через голову, но она отказалась поднимать руки наотрез. А когда я попытался это сделать за нее, еще и сложила их на груди. Я уже собирался отвесить ей оплеуху, но в последний момент решил, что так пока даже удобней. Поэтому присел, схватил ее за ногу и попытался надеть туфли.

Получилось тоже плохо, совершенно расслабленная ступня в них не лезла. Будь она в чулках, может, и было бы проще, но чулки тоже валялись на полу. И натягивать их на нее не было ни времени, ни желания.

Я огляделся, взгляд остановился на прикроватной лампе, а если точней, то на проводе. Схватив ее, я рывком выдернул шнур в нитяной оболочке, сложил его пополам.

— Ты одеваться будешь?

— Н-нет, — замотала она головой под платьем. — Ты ублюдок, Эйби тебя убьет.

— Эйби поедет в тюрьму, его уже забрали, — сделал я последнюю попытку решить дело мирным способом. — И если ты отсюда немедленно не смоешься, тебя отвезут следом. С героином и прочим дерьмом. И выйдешь ты уже не скоро.