Белые ночи с Херувимом

Возле здания царило подозрительное оживление, перед подъездом, негромко переговариваясь, толпилась кучка прохожих. Чуть в стороне стояла машина с милицейской мигалкой.

Почувствовав смутное беспокойство, Куликов направился к подъезду. Проходя мимо толпы зевак, он услышал, как рослая тетка средних лет уверенно вещает:

– А я так вам скажу, что нет дыма без огня! Просто так у нас не убивают! Ведь, к примеру, не меня убили и не вас, Любовь Васильевна!

– Типун вам на язык, Варвара Степановна! – отозвалась низенькая старушка в легкомысленной панамке. – Что вы такое говорите? Страшно слушать!

– А все из-за нетрудовых доходов! Вот у меня, к примеру, вообще нет никаких доходов, не то что нетрудовых, как и у вас, Любовь Васильевна, вот мы и живем спокойно!

Еще больше забеспокоившись, Василий Макарович вошел в полутемный подъезд.

Лифта в доме не было, и ему пришлось пешком подниматься на четвертый этаж, где располагалась нужная ему квартира.

Лестница была крутая и неудобная, и по дороге ему пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. И тут, на площадке третьего этажа, он увидел нарисованный мелом силуэт человеческого тела. Василий Макарович на своем веку повидал немало таких силуэтов – таким образом отмечают положение тела на месте убийства.

Прибавив шагу, он поднялся на четвертый этаж.

Дверь сорок шестой квартиры была приоткрыта, изнутри доносились приглушенные голоса. И голоса эти показались Василию Макаровичу удивительно знакомыми.

– Как будто мало у нас висяков, – говорил некто унылым, безрадостным голосом. – Нет, еще этот жмурик на нашу голову…

– Да не дрейфь, Никитич! – возражал другой голос, более оптимистичный. – Я так полагаю, здесь есть зацепки…

– Полагает он! – язвительно отозвался первый.

Василий Макарович понял, что неприятностей ему не избежать, и вошел в квартиру.

Как он и подозревал, в коридоре стояли его давние знакомые и бывшие коллеги – капитаны Творогов и Бахчинян.

Увидев Василия Макаровича, Творогов мрачно проговорил:

– Картина называется – не ждали! Те же и частный детектив! Вы здесь что делаете, господин Куликов? Посторонним сюда нельзя! Или вы уже забыли это правило? Только не говорите, будто покойная была вашей клиенткой!

– Не заводись, Никитич! – остановил напарника Бахчинян. – Макарыч – наш человек, бывший мент!

– Именно что бывший! – процедил Творогов.

Отношения Василия Макаровича с бывшими коллегами складывались непросто. Во-первых, начальник отделения и прочее руководство строго следили, чтобы сотрудники не поддерживали с ним контактов, во избежание утечки оперативной информации. Во-вторых, все прежние сослуживцы почему-то считали, будто Куликов в своем детективном агентстве гребет деньги лопатой, а это еще больше накаляло атмосферу.